Её даже позвали в самый крутой орден, правда, она оттуда потом ушла, но по своим мотивам.
— Это у вас так, — усмехнулась Мирра, а у нас всё иначе. — Тебе не обязательно что-то делать, главное, иметь нужные связи, и тогда сможешь попасть в нужный круг людей. Там тебя могут заметить, и ты поднимешься ещё выше, и соответственно статус твой повысится. Ты станешь уважаемым человеком, которого все будут ценить, и к которому будут прислушиваться.
— Ничего не понимаю, — честно признался я. — Можно это как-то на примерах.
— Да, без проблем, — но тут моя спутница остановилась и указала на дом, который не особо вписывался в окрестный колорит.
— Смотри, это дом Матвея Казакова, — имя и фамилия были мне отчасти известны, но сразу я не вспомнил, а должен был бы. — Он один из первых архитекторов привнёс сюда готический стиль, но самое главное — по легенде это был первый человек, который смог призвать пета. Правда, это было давно. Ты, как призыватель, должен был это знать.
Я и знал. И даже дом мне показался знакомым, но увидеть его вот так просто — своими глазами было, конечно, удивительно.
Поэтому-то я и не сразу сориентировался.
«Как красиво, — проговорил Роб. — Я бы хотел жить в таком доме».
«Это, случайно, не он тебя создал где-то тут? — спросил я у существа, ставшего моей бронёй. — Или эксперименты производил?»
«Нет, — ответил тот просто. — Я себя осознал уже в том озере, из которого ты меня забрал».
— О чём-то задумался? — спросила меня Мирра. — Или просто дом понравился.
— Красивый, — ответил я.
— Но только я слышал, что Казаков был всё-таки не первый, кто приручил пета.
— Да, а кто же? — удивилась моя спутница.
— В городе далеко на северо-востоке под названием Кремянка, возле гор Роген-Бор живут люди, которые начали приручать монстров давным-давно, примерно с момента их появления, так и возникли петы, — ответил я.
— Так то монстры, — усмехнулась Мирра и замерла. — Подожди, ты хочешь сказать, что петы — это всего лишь прирученные монстры? — она даже в лице изменилась.
— Ага, — ответил я.
— Так и есть. Только сейчас это уже не так. Приручить дикого монстра практически невозможно, а петы призываются сразу лояльными. Правда, никто тебе не объяснит, как это работает. А, если будешь копать, то придёшь к единственному объяснению — это магия!
«Но магия и правда многое объясняет, — заметил на это Роб. — Я вообще только на неё и полагаюсь».
На этот раз я оставил его замечание без внимания. Я искренне считал, что у всего есть свои причины, даже у магии.
