Если есть проблема, найдётся и решение!
— У меня заканчиваются сферы, — проговорил я, проверив свою сумку. — Не ожидал я, что с ними будет дефицит.
— Что теперь? — спросила меня Ника. — Вернёмся обратно?"
"На моих губах раскрылась хищная улыбка.
— Ну уж нет, — ответил я. — Мы добьём этот данж. И я максимально заряжу свой меч!
Глава 13
Помнится, один данж я вычистил настолько, что там даже через неделю монстров практически не встречалось. Это был тот, что возле Тротта. Тут я намеревался сделать примерно то же самое.
Но ситуация усложнялась именно тем, что мне приходилось прокачивать свою гильдию. У Кевина с его четвёртым рангом тоже оказалась куча проблем, которые мне пришлось решать. Начать хотя бы с того, что пет его категорически отказывался прокачиваться. Вот вообще.
— Слушай, — предложил я. — А может, этого того, — я сделал движение глазами вбок. — А тебе нового справим? Ты с этим далеко не уедешь.
— Да ты что? — возмутился Кевин. — Во-первых, — это мой товарищ, я к нему привык! Во-вторых, после потери пета откат становится дольше.
В-третьих, за своего-то ты держишься, — он указал на Йонира, который в недоумении обернулся к нам.
— Он не пет, — со вздохом ответил я. — Есть некоторое громадное отличие между петами и не петами. То, что у Йонира получается втягиваться в артефакт — это, скорее, баг магической системы, а не его личные свойства.
Да, за прошедшую неделю я понял, что Кевин так и не смог привыкнуть к Йониру. Оно и понятно. Моих друзей он всё-таки спас. Асакура оказалась довольно широких взглядов.
Юля ей доверяла полностью, да и видела, как самоотверженно демон сражался с демоном на крыше многоэтажки.
А вот для бородатого добряка с трубкой — это был враг человечества и убийца. Сложно понять, почему мы относимся к демону, как к равному. Одним словом, закоренелая ксенофобия, как она есть.
Ещё два дня после инцедента с кроленем мы приходили в данж. В первый Ника ещё дулась на мой поступок. Но, когда к концу дня она не могла наступить на ногу из-за заражения от царапин монстра, почему-то передумала.
Подошла, выбрав момент на отдыхе, когда я оказался один, и сказала:
— Извини, что упрямилась. Просто пока не могу привыкнуть. Мне дискомфортно.
— Может быть тебе избрать другую профессию? — спросил я, но потом понял, что прозвучало слишком жёстко. — Имею ввиду, если неуютно тут, то просто… есть много других профессий, — тут я вспомнил Гвельфа. — Можешь стать артефактором.
— Ты меня не понял, — она тяжело вздохнула.
