Не знаю, артефактом квартиру защитить.
— Рик, ты договоришься, — сказал я, изображая суровость. — Я помещу твой амулет в банковскую ячейку и из развлечений у тебя будет только монитор охраны. Потом посмотрим, как ты запоёшь!
— Нет, вы слышали? — Рик всплеснул руками. — Он меня ещё шантажирует! Нет, ну вы поглядите, какой человек! Нет бы действительно как-то охранять.
— Ага, Йонира выпустить, чтобы квартиру сторожил и воришек отпугивал, — хохотнул я.
— А что? — Рик даже стал менее прозрачным, чтобы я увидел его выражение лица.
— Наш район станет самым безопасным.
Все остальные расхохотались. Я же сначала хотел пожалеть, что при Юле упомянул Йонира, но потом понял, что она в любом случае была в курсе. Или от Ники, или от Асакуры.
— Ну что, ребят, — вдруг активизировалась Ника. — Может, в кино сходим?
— Мы вообще-то к экзамену хотели подготовиться, — без особой надежды сказал я. — А что за фильм?
— А я бы сходил! — сказал Рик, снова став прозрачным. — Сто лет в кино не был. А на халяву — вообще ни разу.
* * *После фильма ребята попросились ко мне, стоило мне упомянуть, что у меня есть шкура твари очень похожей на ту, что показывали в фильме. В этот самый момент я и сам о ней вспомнил. Оказывается, до этого она полностью выскочила у меня из головы, вытесненная остальными событиями.
Когда мы пришли в квартиру, я раскатал уже подсушенную шкуру перед ребятами.
— Смотрите, практически настоящая Годзилла, — сказал я, указывая на неё.
— Это же сколько из него всего сделать можно! — выдал Лёха, и тут Юля смерила его взглядом, не презрительным, конечно, но явно говорящим о том, что мой друг не слишком много смыслит.
— Нет, — сказала она тоном, которым читают нравоучения, но тут же постаралась избавиться от него. — Тут это так не работает. Высокоуровневый лут уменьшается при обработке. Особенно, при использовании сфер. А Макс, как я понимаю, будет использовать сферы, да?
— Возможно, — уклончиво ответил я. — Мне Асакура дала адрес ремесленника, который может сделать мне из этого чего-нибудь стоящее.
Но я ещё не обращался туда.
— Понятное дело, — ляпнула Юля, затем оглядела моих друзей, выдала: — Ой, — после чего заткнула рот ладонью.
— Юль, — сказал я, указывая неё, — вот последнее «ой» всё и выдало, кстати. Но им-то можно, они же наши друзья.
— Да я уже, — стесняясь проговорила Кузнецова и немного вжала голову в плечи.
— Так, я один чего-то не знаю? — Лёха переводил подозрительный взгляд с одного на другого.
