– Я? Ну… – Я озираюсь в поисках поддержки, но тетя Доун ужасно занята – она только что развернула подарок, достала детский комбинезончик с слониками и теперь умиляется крошечной шапочке ему в тон. Я посмеиваюсь (может, слишком уж громко) и делаю маленький глоток шампанского. – Думаю, я еще слишком молода, чтобы заводить детей.
К сожалению, тетя Доун все-таки меня слышит.
– На твоем месте я бы не была так уверена, Соф! Не успеешь оглянуться, как будешь в моем возрасте.
– Когда мне было столько, сколько тебе, у меня уже была, можно сказать, взрослая дочь – ты, – добавляет мама.
– А у меня в твоем возрасте первенец родился, – подхватывает кто-то из университетских друзей Доун. – Тебе сколько, Софи? Двадцать три?
– Почти двадцать шесть… – бормочу я, пытаясь вжаться в стул.
– Часики тикают, – засмеялся кто-то. – Ты же не хочешь опоздать, в конце-то концов!
А какая-то абсолютная злодейка окидывает нас с Гарри взглядом:
– Вы еще не строите планы насчет детей?
По большому счету, это очень смешно – если учесть, что мы не пара.
Но гости об этом не знают, и вместо ответа на вопрос я давлюсь дешевым шампанским. У нас не слишком-то набожное семейство, но я вдруг начинаю истово молиться про себя.
«Господи Боже – или кто там на небесах, – если Ты меня слышишь, пожалуйста, спаси меня от этого разговора».
Но небеса глухи к моим мольбам, так что я продолжаю кашлять, лопоча что-то бессвязное. Наконец Гарри решает надо мной сжалиться, и я с облегчением вздыхаю. Он легонько пихает меня в бедро и принимает удар на себя:
– Да, мы с ней на одной волне, а это всегда предвещает успех, верно?
Он отвечает так бодро, с такой обворожительной улыбкой, что остальным ничего не остается, кроме как улыбнуться в ответ и покивать.
Джанин поддакивает и добавляет что-то на тему «Умение говорить друг с другом – ключ к счастливым взаимоотношениям». Но некоторые все же ожидают конкретики. Обойдутся, нечего совать нос не в свое дело.
Может, я должна им отчитаться, когда у меня следующие месячные и какие тампоны я предпочитаю, раз уж на то пошло?
Но, за исключением этого инцидента, вечеринка милая.
День уже клонится к вечеру, и я рассчитываю, что мы с мамой (и с Гарри, конечно) останемся после ухода гостей, чтобы прибраться. Но уже через минуту-другую после того, как уходит последний гость, мама хватает свою куртку и кидает мне мою. Гарри попал в засаду, устроенную бабушкой: она завлекла его разговором, и, кажется, они над чем-то смеются.
