В висках пульсировало, голова как будто хотела расколоться на две части. Боль была такая сильная, что он не всегда осознавал, где находится. Но тело помнило дорогу и автоматически поворачивало в нужных местах.
Прохладный вечерний воздух, который должен был принести облегчение, сделал только хуже. Он вдруг начал ассоциироваться у таркайца с Тарой и боль в голове стала невыносимой. Он ускорил шаг. До дома, где жила Ранита находился недалеко от центрального сектора. Там жили сотрудники административного корпуса: финансисты, менеджеры, секретари и помощники.
Здания в этой части «Эдема» были огромными. Но, несмотря на полное заселение, холлы и коридоры оставались традиционно пустыми.
Вишон, не опасаясь, что кто-нибудь его заметит или он попадет в объектив камер. Спокойно поднялся на двадцатый этаж, как ни в чем ни бывало, поздоровался со спешащим на пробежку эйваром, и подошел к двери номер восемь.
Ранита открыла через минуту после первого вызова. Молоденькая вайра не ждала гостей и остановилась у зеркала, чтобы проверить макияж и прическу когда увидела изображение Вишона.
В груди вайры все заклокотало от восторга и предвкушения. Всю последнюю неделю она потратила на то, чтобы привлечь к себе внимание наследника дома Рамисов. И вот, он стоял на пороге ее квартиры.
Она открыла дверь и широко улыбнулась. И тут же получила звонкую пощечину. От неожиданности вайра не смогла устоять на ногах и завалилась на бок. Желаемого облегчения Вишон не почувствовал. Но он был не настолько безумен, чтобы избивать жертву на глазах у соседей.
Он по-хозяйски вошел в квартиру, спокойно заблокировал дверь, пока жертва была растеряна и не могла сопротивляться."
"Вайра постаралась отползти подальше от таркайца. Она не понимала, что происходит, в чем она провинилась, чем заслужила такую жестокость. Она хотела что-то сказать. Вишон видел, как в немом вопросе открылись узкие губы. Он не мог допустить, чтобы из этих губ вырвался плаксивый звук и ударил снова. В этот раз сильнее. А потом еще раз, и еще.
Вайра пыталась сопротивляться.
Но ее тонкие, дрожащие от ужаса руки, не причиняли никакого вреда таркайцу. А ноги не могли бежать. Они путались, подкашивались, и вайра падала, только раззадоривая нападающего. Он остановился только тогда, когда она затихла. Хрупкой тело больше не реагировало на побои.
Рамис сделал два шага назад и выдохнул, чувствуя, как ярость отходит на второй план и осмотрелся. Гостиная и кухня были разгромлены: сломанная мебель, пятна крови, бездыханная вайра.
