Да ещё с кабачками, которые придали ускорения моему не лёгонькому телу. Осмотрелась: темно, пыльно, грязно. Пошевелила конечностями: ощущаю, шевелятся. Где я? Что со мной?
Когда буря адреналина улеглась, и волна эмоций схлынула, я всё же решила разобраться, где нахожусь и что дальше делать. Попыталась встать с кровати, но никак не получалось поднять пятую точку.
— Кабачки! — догадавшись, хлопнула себя по лбу и осторожно сняла рюкзак.
Теперь поднялась без особых проблем, только колени чуть дрожали, и устоять было сложно.
Ухватилась за столешницу и перевела дыхание. Всё же полёт вверх тормашками прошёл не бесследно, во всём теле была сильная слабость, будто я снова неделю сидела на жёсткой диете.
Тогда я ещё боролась с резким увеличением веса, хотя доктор и говорил, что это лишь усугубит ситуацию. Не поверила… Поняла, что врач прав, когда после окончания самоограничения потеряла три килограмма, а через неделю обычного рациона, от которого муж худел, набрала сразу семь. После этого перестала даже думать о всяких диетах, просто придерживалась здорового питания.
Держась за стену, поскольку голова кружилась, а падать в обморок неизвестно где мне не хотелось, подошла к окну. Рассохшееся дерево старалась не трогать, чтобы не обзавестись десятком заноз, и осторожно выглянула наружу.
Пейзаж был совершенно обычным для заброшенного садового участка. Деревья, кустарники… И трава, трава, трава! Разве что рядом не было видно других домиков. Но что-то во всём этом меня беспокоило.
— Нет проводов, — догадалась я. — Ни вышек вдали, ни самолётов в небе.
Оглядела комнату, в которой стояла старая деревянная кровать, покрытая грубой и грязной тканью, самодельный стол и такой же табурет. Единственной хорошей вещью было большое старинное зеркало. Осторожно подковыляла к нему и взглянула на своё отражение… Ну да, а как же иначе. Огорчённо вздохнула и снова посмотрела в зеркало.
Но факт оставался фактом — из большого мутного зеркала на меня смотрела растрёпанная, местами грязная, и испуганная Оделия двадцати четырёх лет от роду, то есть я.
При мне были все мои сто десять килограмм. И это не считая кабачков! А ещё центнер с гаком здорового оптимизма и тонна уверенности, что теперь всё совершенно точно будет хорошо. Потому что я выжила в ситуации, когда сделать это было совершенно нереально.
Ещё раз внимательно осмотрела помещение. Ни розеток, ни лампочек. Да что там! Даже гвоздей, и то не видно.
