Я бы тоже хотел убить всех, глядя на то, что в его тело вонзили сотни трубочек и, судя по всему, сливают кровь. А ещё я вижу отсутствующие куски плоти на ногах и теле. Да и хвоста не видно.
— Давным-давно твой предок одолел этого монстра. Но он бессмертен. И как бы его ни пытались убить, не вышло. Поэтому Зябликов решил заточить его, а мои предки были первыми стражами. Однако сила, заключённая в обелиске, постепенно иссякает, и нам приходится орошать его своей кровью. И сейчас… — он вздохнул, а чудовище яростно зарычало и попыталось вырваться.
— Понятно. Вы пытаетесь ослабить монстра и усилить обелиск. Но тварь всё равно постепенно становится сильнее, а обелиск слабее.
— Так и есть. Твой дядька и дед орошали его своей кровью и это помогало. Но как видишь, этого хватило ненадолго.
— И тебе нужна моя кровь.
— Да. Иначе, боюсь, ещё лет пять, максимум десять, и это чудовище вырвется на свободу. По словам Владислава, цитирую: «Молодой Зябликов сможет вам помочь».
— Прибить бы его… — простонал я и потопал к монстру.
Точнее, к обелиску. А за мной и жирный Вождь, но чем ближе мы были, тем сильнее ощущалось давление твари.
Да уж… Думаю на расстоянии в двести метров простой человек потеряет сознание и, вероятно, умрёт. На расстоянии в сто метров эта участь постигнет и не очень сильного воина-мага. А вот на десяти метрах могут находиться лишь действительно сильные люди.
— Чем сильнее монстр, тем меньше у нас возможностей на ослабление твари и усиления обелиска, — добавил Андрей.
Да оно и понятно. Сюда мало кто дойдёт, чтобы оросить обелиск кровью.
Но вдруг я резко оттолкнул Вождя и ушёл перекатом в сторону.
— Ра-а-а-а-а! — пробудилось чудовище и начало бесноваться, отчего даже затряслась земля. А в землю рядом с нами, вонзилось что-то вроде тоненькой костяной руки. Она была едва обтянута кожей, но мощь… Тут даже я погиб бы, попади она по мне!
Раздались крики воинов, и если некоторых просто поранило этими руками, то одному пробило голову.
Очуметь… Там мужик был сильнее Белкина, а его так легко убило!
Тело человека мгновенно иссохло и осыпалось прахом, а остальные, пусть и с огромным трудом, но спасли свои жизни. Я же пнул Вождя, отправляя мячик «в ворота», а сам хлопнул по костяной руке, уводя в сторону.
— Твою ж… — прошипел я, ощущая, как горит плоть на ладони.
— Ра-а-а-а! — яростно взревела тварь, и десятки костяных рук, вытянутых из ног, живота и даже плеч гиганта, полетели на меня.
