Я не искала новостей о Керландии, но однажды они нашли меня сами. Мать одной из моих учениц прислала мне в подарок альбом с нотами, завернутый в старую газету. И на первой странице газеты я увидела заметку о том, что брак его высочества Эмиля Керанера Керландского и принцессы Эльвиры был расторгнут спустя несколько дней после заключения по причине магической несовместимости."
"Этой новости было уже несколько месяцев, и в Канзии она осталась незамеченной. Здесь никому не было никакого дела до брака керландского принца.
Взволновало ли это меня? Да, пожалуй. Почувствовала ли я радость от того, что столь хитроумный план сестры провалился? Нет, ничуть. Я лишь надеялась на то, что его высочество оказался выше банальной мести и не стал преследовать Эльвиру за ту ошибку, что она совершила.
Глава 12
Я старалась музицировать каждое утро — и чтобы не потерять навыки, и чтобы порадовать матушку, которая так любила слушать мою игру. В академии искусств Делакруа я была лучшей ученицей на факультете, и преподаватели полагали, что я могла бы сделать неплохую музыкальную карьеру.
А вот Арди не слишком высоко оценивала мои музыкальные способности.
— Опять вы, мадемуазель Луиза, тоску нагоняете. И что за охота так мучить бедный инструмент? А о бедных соседях вы подумали? Каково им слушать это каждый день? Сыграли бы лучше что-нибудь веселенькое. Вот хоть это: «Шел на ярмарку Эдвин, наш Эдвин, наш Эдвин. Нёс с собою пять корзин, пять корзин, пять корзин».
Она пропела это, притаптывая ногой, отчего вся ее отнюдь не худенькая фигура пришла в движение.
Я не удержалась и хихикнула, за что удостоилась ее грозного взгляда.
— Не думаю, что в соседних домах слышна моя музыка. И, вроде бы, никто, кроме тебя, пока не жаловался.
В одном она была права — с некоторых пор мне совсем не хотелось играть ничего веселого. Я не разучилась улыбаться, но раны, нанесенные и моей душе, и моему телу, были еще слишком свежи. Мне всё время приходилось думать о том, как бы кто-то (прежде всего — матушка и Арди) не увидел вязь на моем плече, и вместе с этой змеей мне приходилось прятать и свои тревоги.
— Пока не жаловались, — согласилась Рикарда. — Но под нашим балконом четверть часа назад остановился один молодой человек. Полагаю, он рассчитывал посидеть на лавочке, наслаждаясь тишиной и спокойствием, а получил вот это всё на свои бедные уши. И если вы изволите выглянуть в окно, то, быть может, он лично выскажет вам свое негодование.
