— Он улетел обратно в Москву, солнышко. Еще вчера. Ты же знаешь, он очень много работает.
— Но он же обещал, — непонимающе возражает она.
— Думаю, он очень хотел тебя поздравить и…
— Улетел? Все равно улетел?
— Как Карлсон, — мямлю и мысленно в очередной раз проклинаю Горского. Пусть на него там икота с чесоткой нападет! И лишай!
Вот же язык как помело! Интересно, это у нас с Малинкой семейное — искренне верить во всю ту лапшу, что он вешает нам на уши? Или он на всех женщин так влияет?
К счастью, в моем рукаве есть пара козырей.
Точнее, в чемодане. Не зря же я пожертвовала львиной долей своего гардероба, чтобы впихнуть туда коробку с новой куклой.
— А лошадка? — деловито интересуется она, разорвав упаковку и раз десять поцеловав новую подружку.
— Лошадка будет ждать ее в Москве, солнышко. Если хочешь, я могу показать фотографию. Но везти ее сюда…
— Ладно, покатаю на верблюде, — отмахивается дочь. — Мы ведь их еще увидим?
— Обязательно. Ты же помнишь, сегодня ты главная. Можешь сама выбирать, как мы проведем время.
— А вечером в ресторан?
— Конечно. Выберем самый вкусный торт!
— Только Максиму скажи в какой, ладно? А то как он нас найдет?
— Солнышко, — присаживаюсь на колени и притягиваю ее к себе. — Максим наверняка купил подарок и ждет не дождется, чтобы вручить его тебе в Москве. А сегодня мы проведем день вдвоем! Классно же? Будем делать все, что ты захочешь!
Ее глаза моментально загораются опасным блеском азарта, но в данный момент это меня не пугает. Я даже на аквапарк согласна, лишь бы отвлечь ее от мыслей о Горском.
И о его обещании, которое он, очевидно же, даже не собирался выполнять.
И мне кажется, у нас получается. Мы посещаем сафари парк, заходим в каждое кафе по дороге, в местном магазинчике сувениров Малинка выбирает себе блестящую диадему с огромными камнями, а шоколадный торт в ресторане так вообще — превосходит все ожидания.
Уставшие, с кучей шаров и половинкой торта наперевес, мы возвращаемся в свой номер и застаем огромную фиолетовую коробку посреди гостиной.
— Это от Максима, — радостно визжит дочь. — Он все-таки приехал!
Она срывает увесистую крышку и комната заполняется разноцветными шарами, взлетающими под потолок. Я помогаю ей достать небольшой чемоданчик внутри которого мы обнаруживаем потрясающего качества краски и карандаши.
— Вау, — лепечет она. — Мам, только посмотри сколько!
— Какая красота, — улыбаюсь, мысленно отзывая проклятия Горскому.
Хотя нет, икота ему все-таки не помешает.
