Ведь Аристарх, в отличие от других жителей двора, прекрасно знает, что случилось на самом деле.
— Ладно, значит, с этим подонком Дубковым мы разобрались, — заключил Бондарев. — А что насчёт слуги Шолоховых? Мне сообщили, что он доставлен в вашу пыточную камеру.
— Ничего особенного. Всё как всегда. Этот паразит распространял нелестные слухи о нашем императоре. Завтра я выбью из него признание, — ответил Биркин.
На деле же слуга — это лишь игрушка, которую Аристарх выпросил взамен за помощь Шолохову. Хотя признание из него он всё равно достанет.
По его опыту, даже невиновный человек быстро раскалывается, если знать, куда надавить.
— А про Павла Булгакова что вы можете мне рассказать? — неожиданно спросил Бондарев.
— А? — у Биркина аж глаз задёргался.
А при чём тут Булгаков? Нет… Зачем ему Булгаков⁈ Аристарх предпринял все меры, чтобы Павел Андреевич был в безопасности. Он не фигурировал ни в одном из протоколов. С чего это вдруг Бондарев им заинтересовался?
— Павел Андреевич привлёк внимание многих людей, в том числе и меня, — произнёс Бондарев.
— Командир западного квадранта Коршунов нелестно о нём отзывается. Убийца, который недавно проник в покои Громовых, признался, что уже совершал покушение на семью Булгаковых. И самого Дубкова задержал именно Павел Андреевич. С тех пор, как он появился в императорской клинике, во дворе стало как никогда беспокойно. Полагаете, это простое совпадение?
Нет… Только не это. Если сам Бондарев начнёт копать под Булгакова, он точно что-нибудь да найдёт.
Аристарх Иванович не мог с этим смириться. На Павла Андреевича у него свои планы. Нельзя, чтобы кто-то другой всё испортил!
— Игорь Станиславович, я бы на вашем месте словам Коршунова не верил. Он тот ещё параноик. Да, за Булгаковым явно кто-то ведёт охоту, но сам он вряд ли причастен к плетущимся во дворе заговорам, — произнёс Биркин.
— Надо же… Теперь мне вдвойне интересно. Впервые слышу, чтобы вы кого-то защищали, господин Биркин. Это на вас очень непохоже.
Кроме того, вы сболтнули очень большую глупость. Обозвали Коршунова параноиком. А этому человеку я очень доверяю. Фактически в таком случае вы и меня параноиком назвали.
— Да нет же! — воскликнул Аристарх. — Простите, если я неправильно выразился, господин Бондарев. Я просто поделился своим мнением.
Ещё и извиняться вынудил! Аристарх злорадствовал над тем, в каком настроении вышли лекари, но теперь он и сам уже не рад общению с командиром.
