— Мне нужно договорить с пациентом, — я указал взглядом на Аристарха Биркина.
— Хорошо, только не задерживайтесь, пожалуйста. Нам с вами нужно много моментов утрясти. Вы, похоже, ещё не поняли, что произошло, — подвесив интригу, заключил Загорский и прошёл в конец коридора — к своему кабинету.
Остальные сотрудники инфекционного отделения уже начали готовить пациентов к выписке. Но Биркина я задержал. Отвёл в другой конец палаты. Наш разговор никто не должен услышать.
— Как хорошо, что всё так благополучно закончилось, — как ни в чём ни бывало улыбнулся он.
— Да вы, прямо-таки, чудеса творите, Павел Андреевич!
— Надеюсь, вы закончили со своей бесполезной лестью, — холодно произнёс я. — А теперь — тишина. Слушайте меня, Аристарх Иванович. Если ранее у меня ещё были сомнения, что это вы стоите за возникшей эпидемией, теперь я уверен в этом на сто процентов. Не знаю, как вы умудрились вытворить такое своей магией, но больше у вас этот номер не пройдёт.
— Не понимаю, чем вы мне угрожаете, — усмехнулся он.
— Мы ведь с вами в патовой ситуации. Вы не можете настучать на меня, а я не могу настучать на вас. Проблему может решить только компромисс.
— Компромиссов не будет, — произнёс я, а затем выпустил из себя остатки лекарской магии и окружили ими сердце главного дознавателя.
— Вы… Вы что сделали? — Биркин напрягся, принялся ощупывать свой торс. «Анализом» он владел, но осознать, что я только что провернул, он не мог."
"Мне пришлось потратить остатки запасов маны, чтобы создать для Биркина ловушку.
На тканевом уровне. Если честно, я и сам удивился, как легко мне это далось. Ещё час назад я бы точно не смог провернуть нечто подобное.
Разницы между первой и второй ступенью лекарского развития колоссальна! Теперь я чётко вижу, что даже с дефицитом маны я уже в десятки раз сильнее, чем был в начале этого дня.
Что же будет, если подняться ещё выше? Оставить позади «гистологический анализ» и перейти к следующему.
Клеточный, молекулярный… Какая мощь скрывается за ними? У меня аж мурашки на коже выступили от предвкушения.
Но для начала стоит разобраться с Биркиным. Он должен понять, в какую ловушку я его загнал.
— Как только я покину палаты, моя магия начнёт действовать в автономном режиме, — произнёс я. — Ваше сердце, Аристарх Иванович, окутано несколькими слоями моего колдовства.
— Вы блефуете! — запаниковал Биркин. — Я его не чувствую!
— Как думаете, почему? — спросил я, хоть и не ожидал, что Аристарх даст мне ответ на этот вопрос.
