— Имя своё назовёшь или так и будем играть в молчанку?
— Грима… — прохрипела птица.
— Судя по тому, что мы видим, Грима, жить тебе осталось недолго. Но, не буду врать, смерти я тебе не желаю. Переходи на нашу сторону. Назови имя своего хозяина, который послал тебя сюда, и мы тебя накормим. Умереть не дадим — даю слово.
— Ты обманешь… Хозяин тоже всех обманывает. Все вы, люди, такие, — заявила она.
— Полностью согласен, — подтвердил Мот. — Все, кроме моего хозяина. Он на еду очень щедр. Так что колись, пернатая! Кто тебя прислал?
Фамильяр был при смерти, ей не было смысла лгать.
Но я всё равно анализировал её состояние, чтобы определить уровень стресса.
Видимо, включился инстинкт самосохранения, и ворона поняла, что иного выхода у неё нет.
И тогда после недолгих раздумий Грима всё-таки назвала имя своего хозяина. Мои предположения оказались неверны.
Этим человеком был не Шолохов, не Громов и даже не Биркин.
Но я его знал.
Глава 19
— Владыкин, — назвала фамилию своего хозяина Грима.
И я уже однажды сталкивался с человеком, носящим эту фамилию. Психолекарь из императорской клиники.
Очень интересно выходит.
— Владыкин? Борис Геннадьевич? — уточнил я.
— Он самый, — простонала ворона. — А теперь вы сдержите своё слово? Вы же не дадите мне умереть?
— Хе-хе, глупая птица, — фыркнул Мот и выпустил когти.
— Эй-эй! — я схватил его за шкирку и оттащил в сторону. — Ты чего творишь? Мы же пообещали. Она сдержала своё слово. Значит, и мы своё сдержим.
— Да? — он освободился из моей руки, отряхнулся и почесал задней лапой за своим ухом. — А я думал, что ты блефуешь.
Кот явно расстроился. Но это уже его проблемы.
— Нет, не блефую, Мот. На будущее — не торопи события, — попросил я. — Ты же так можешь любого нашего потенциального союзника прикончить!
Или вернее — сожрать. Аппетит у кота такой, что и всех моих врагов не хватит ему на пропитание.
— Ладно, я всё понял. И необязательно было руки распускать! — фыркнул кот-оборотень.
— Эх, а я думал, что она на второй ужин пойдёт…
— Грима, чем ты обычно питаешься? — я снова присел рядом с вороной.
— Чем попадётся, — вяло протянула она. — Я всеядная.
Ну раз всеядная, значит, будет есть жареную картошку. Кажется, больше ничего у меня в холодильнике нет. Мот уже давно взялся уменьшать даже мои собственные запасы. Скоро только из-за него одного придётся просить увеличение заработной платы.
Я поднял ворону и перенёс на кухню.
