Вряд ли они защищают Булгакова. Скорее всего, коллеги Шёпота подняли шумиху, и служба безопасности начала переживать за здоровье императора.
Только не сдался Шёпоту этот чёртов император! Если бы не усиленная охрана, он бы уже давно добрался до Булгакова.
Но всё же спешка была не в его стиле. Уж лучше изучить всю территорию двора, подготовить пару десятков потенциальных сценариев для убийства, а уже потом — напасть.
Хотя… Может, рана от кинжала сама его убьёт?
Всё-таки оружие Шёпота было пропитано магическим ядом.
Он оставляет шрамы, которые высасывают жизненную энергию у жертвы. Рано или поздно Булгаков должен почувствовать, что ему становится хуже. И тогда долгодействующий яд сам сделает всё работу!
* * *Утром я ещё раз аккуратно перепроверил, на месте ли ворона. Благо какой-то гений умудрился сделать замочную скважину в двери моего туалета. Зачем она там — чёрт её знает. Но в итоге её наличие мне очень помогло.
— Я тебя вижу, пернатая! — крикнул я. — Ещё раз спрашиваю, на вопросы отвечать планируешь? Или и дальше продолжишь молчать?
В скважину тут же протиснулся кончик клюва.
Вот ведь сволочь! Хотела мне глаз выколоть. Но в такое отверстие её клюв ни за что не пролезет.
— Ладно, как хочешь. Без еды ты проживёшь три-четыре дня. И только в том случае, если научишься пользоваться моей раковиной. Без воды протянешь и того меньше, — предупредил я. — Вечером продолжим разговор."
"Я оставил Мота сторожить ворону, а сам направился на работу. Уже около входа в поликлинику встретил Евгения Кирилловича.
Но вместо приветствия Гаврилов выдал очередную тираду.
— Павел Андреевич, ну вы хотя бы предупреждайте, когда собираетесь подослать ко мне своих друзей. Зачем же так меня подставлять? — возмутился Гаврилов. — Мне ведь пришлось ему отказать!
— Можете мне не верить, но я даже примерно не понимаю, что вы несёте, — признался я.
— Александр Громов. Ваш друг. Явился вчера вечером и требовал, чтобы я госпитализировал его в дневной стационар, — продолжил ворчать Гаврилов. — Я, конечно, понимаю, что он — сын важного человека.
Так ещё и плюс ко всему ваш приятель. Но класть пациента без показаний — это накручивание статистики. А мы с вами вроде как договорились работать честно.
Громов⁈ Так этот упырь до сих пор не успокоился? А ведь я его предупреждал. Видимо, зелье правды слишком сильно в голову ударило. Так и не осознал, что пора бы уже прекратить копать под меня.
— Он вам солгал. Мы с ним не друзья. Как раз наоборот, — объяснил я.
