Но в тот день долго ломать голову над этим вопросом консьержка не стала, потому что незнакомка подлетела к Надежде Владимировне и отвесила той оплеуху.
Реутова выронила пакет и схватилась за щеку. Наташа, не ожидавшая такого развития событий, замерла на месте. Черноволосая баба начала выкрикивать ругательства. А тут и Надежда Владимировна закричала:
– Луиза, успокойтесь! Никто не виноват, что так получилось!
«Ворона» еще раз ударила Реутову и на сей раз попала ей кулаком в лоб. Пожилая дама осела на тротуар. Незнакомка плюнула на поверженного врага, в очередной раз площадно выругалась, влезла в машину, которая была припаркована невдалеке у тротуара, и уехала.
Только когда джип скрылся из виду, Ната опомнилась и ринулась к Реутовой.
– Надеждочка Владимировна, – запричитала девушка, – кто это?
– Понятия не имею, – огрызнулась жиличка, – просто сумасшедшая, которая из поднадзорной палаты сбежала.
– Вы назвали ее Луизой, – зачем-то напомнила Наташа.
– Встать помоги, – попросила Реутова.
Она ушла домой, но вскоре позвонила консьержке, велела той подняться к ней в квартиру.
Когда Ната пришла, Надежда Владимировна протянула ей крупную купюру.
– Держи.
– За что? – изумилась девушка.
– Никогда никому не рассказывай о том, что сегодня видела, – велела Реутова. – Луиза моя бывшая невестка, первая жена Сергея. Честно признаюсь, я сделала все, чтобы они развелись. Луизка не пара ни одному мужчине – пьет, курит, детей рожать не хочет, работать желания не испытывает. Одно у дуры на уме: магазины, рестораны, спа-салоны, подруги.
Вот я и постаралась от нахлебницы избавиться. С той поры она раз в год, в день, когда их с Сергеем судья развела, меня подстерегает и гадости творит. В драку она, правда, впервые полезла. Для меня то, что сегодня стряслось, крайне неприятно. Не хочется, чтобы эту историю весь околоток обсуждал. Зашей рот.
Ната спрятала руки за спину.
– Спасибо за денежки, но я и без них молчать буду.
Но Реутова запихнула купюры консьержке в карман…
– Наташа, а номер автомобиля вы случайно прочитать не смогли? – спросила со слабой надеждой я.
– Не-а, – покачала головой Ильина. – Но машинка очень приметная – ярко-розовая, как леденец, большая, колеса блестящие, словно ваша мойка, причем все такие, целиком. На боку картинка: кошка в свадебном платье.
– Лампа, Лампа, иди посмотри, Генриетта в туалет писает! – закричала Киса, вбегая в комнату.
Продолжать разговор в присутствии девочки было невозможно.
– Ну же, скорее, – поторопила малышка.
