Меня зовут Доктор Смерть, и я – единственный врач на этом судне, так что не стоит задираться, поняла?
Она замолчала, решив, что это просто один из пиратов. Настоящий врач никогда так не представится.
Морт вышел, оставив дверь по-прежнему открытой, и тут с кровати раздался голос ублюдка:
– Ты на самом деле не собиралась меня убивать!
Однако Жак его не слышала. Она все еще была потрясена тем, как рассыпались все ее планы – не только убийство похитителя, но и возвращение в Англию. Она была в тупике.
Жаклин смертельно устала, но так и не присела на свою кушетку – она не хотела промочить ее мокрой одеждой, иначе ночью будет совсем не уснуть.
Доктор все еще зашивал рану. Ублюдок его совершенно не стеснялся. И он все-таки хотел получить от нее ответ на свой вопрос.
– Жак? – уже металлическим голосом переспросил он.
– Я уже потеряла счет попыткам тебя убить, – устало напомнила ему она. – Неужели ты думаешь, я помню каждую попытку?
– Нет, но я просто подумал, что совсем не обязательно нам строить отношения на крови и боли.
– Ах да, что за чепуху ты там нес? Что ты мне нравишься?
– Ты лишь слегка меня задела, вместо того чтобы прикончить. Признайся, Жак! После того как мы танцевали, в твоем сердце больше не осталось смертельной ненависти ко мне.
В ней снова проснулась злость:
– Сколько раз тебе повторять, что человек, с которым я танцевала, вовсе не ты! Если бы я знала, что это ты, я бы завопила на весь зал, что ты убийца и тебя нужно задержать. Ты не вышел бы из этого зала живым.
– Возможно. Но теперь ты знаешь, что это был я. Это ведь все меняет, правда?
Он говорил весьма самодовольным тоном, но тут доктор его прервал:
– Так ты еще и убийца, капитан?
– Нет.
– Да, он убийца, – настаивала Жак.
– Это лишь ее фантазии, Доктор Смерть."
"Ублюдок сделал вид, что объясняет это доктору, но на самом деле он обращался к Жаклин. Однако какое все это имело значение, если он был тем, из-за кого должен был умереть ее отец?
Доктор только поцокал языком, затем закрыл свою сумку и направился к выходу.
– Перевязку надо будет поменять через несколько дней, капитан, – сказал он, стоя в дверях, – но это женское дело, не мое.
– Жак поменяет.
– Черта с два!
– Поменяешь… или придется бросить твоих… наемников акулам.
У нее перехватило дыхание. Неужели ублюдок в самом деле собирается разыграть эту карту? Но произнося эту угрозу, он даже не посмотрел в ее сторону. Его глаза были закрыты.
