А как ты думаешь, хотел ли я причинить тебе вред в ответ?
Абсурдность этого вопроса заставила ее прорычать:
– Все, что ты сделал – это и есть самый большой вред, который я только могу представить!
– Ничего нового, все те же аргументы. Да, ты любишь отца настолько, что готова убить всякого, кто решит причинить ему вред. Да, у меня в тот раз не было выбора, но тогда на мне висела крыса, которая мной манипулировала.
Ублюдок имел в виду Кэтрин Майер. Один намек на нее заставил Жак прорычать:
– И она снова здесь?
– Нет, слава богу, ее отец не позволил ей отплыть со мной в этот раз.
Но даже если бы он разрешил, я бы ее отправил подальше, за борт, как только мы отплыли. Я бы не смог удержаться от искушения.
Он ухмыльнулся. А Жак было не до смеха. Да, она поступила бы с этой воровкой и лгуньей так же. Но Кэтрин была любовницей ублюдка, и в тот раз, когда Жаклин была пленницей на этом корабле, она постоянно об этом напоминала. К тому же Кэтрин дочь хозяина мерзавца, неважно, был ли он Лакроссом или другим бандитом, так что ублюдок не мог вести себя с ней как хотел.
Жак не верила, что он швырнул бы ее за борт. На самом деле она не верила ничему из того, что он говорил – неважно, работал ли он на Лакросса или нет, а скорее всего, он работал именно на него.
Это была основная версия отца и его братьев, но ее еще следовало проверить.
Однако время утекало стремительно! Жаклин знала, что они плывут, она могла сказать это по движению пола. И ублюдок просто заговаривал ей зубы, чтобы стало слишком поздно бежать с корабля.
Но он опоздал в любом случае! Отец уже отплыл, так что он не скоро узнает, что ее снова захватили в плен."
"Это было безумие надеяться на то, что Жак одна сможет схватить этого человека! Тем не менее его миссия тоже провалилась. К тому времени, как ублюдок доберется до Карибского залива, его хозяин будет мертв, а ее отец окажется на пути назад в Англию. Единственным ущербом, который нанесет его записка о выкупе, будут потраченные нервы ее матери.
Черт!
– У тебя тяжелое вооружение или ты плывешь налегке?
– Если бы я не был капитаном этого корабля, этот вопрос не имел бы никакого смысла. Почему ты спрашиваешь? – Он поднял бровь.
– Ты можешь не отвечать вопросом на вопрос?
– Я не собираюсь воевать на море, если это то, о чем ты спрашиваешь. Это торговый корабль, он никогда не имел на себе пушек. – Ублюдок усмехнулся – Ну, разве что кроме муляжей, которые сделал для нас Морт.
Жаклин ссутулилась.
