Жак постаралась подавить в себе это неуместное в данной ситуации чувство сострадания и сменила тему:
– А что твой отец? Он так и остался на острове?
– Да.
Дэймон произнес это с такой печалью, что Жаклин снова удивилась. Хорошо, что хотя бы в его глазах погас огонек ненависти. Она не привыкла к тому, чтобы он демонстрировал какие-то эмоции, кроме раздражающего ее постоянно хорошего настроения, а тут вдруг и ненависть, и печаль!
– Расскажи мне о нем!
– Мы были очень близки, и отец старался поддержать меня после того, как мать нас оставила.
Он любил выпить, иногда слишком, но после ее исчезновения полностью прекратил прикладываться к бутылке. Отец придумывал всякие развлечения, чтобы отвлечь меня от мрачных мыслей, хотя чаще всего это отвлекало его самого. Мы любили маму. Если бы не он, я бы вырос полным злобы и ненависти.
– Похоже, твой отец прекрасный человек.
– Это так.
Все же это не объясняло, почему Дэймон так опечалился, когда она упомянула о нем. Наверное, он скучает по отцу, но почему бы так и не сказать?
– У тебя есть родственники в Англии?
– Да.
И Дэймон снова вздохнул! Черт возьми!
– Значит, они все от тебя отказались? – предположила Жаклин. – Впрочем, неудивительно, учитывая твое ремесло.
Он закатил глаза.
– Оба предположения неверны. Похищение прекрасных женщин – это не ремесло, Жак."
"– О да, наверное, это то, что у вас называется небольшой шалостью, – фыркнула она. – Кажется, так ты выразился на балу? Что ты только единожды нарушил закон и это была небольшая шалость, от которой никто не пострадал?
– Ты – просто средство для достижения цели, великой цели, вот почему ты здесь.
– Это так ты называешь убийство моего отца? – яростно выкрикнула девушка. Ее веселое настроение смыло в одно мгновение.
– Не только я желаю ему смерти, – резко ответил капитан. – Хорошо ли ты знаешь прошлое своего отца?
Жаклин сжалась, размышляя, что он имеет в виду. Он не может знать о том, что ее отец был благородным пиратом. Никто, за исключением близких родственников, об этом не знает.
– Я уже говорила тебе, что когда-то отец был одним из самых знаменитых лондонских повес и ему пришлось драться на бесчисленных дуэлях, – увильнула она от ответа.
– Ну, а как насчет его таинственной десятилетней отлучки? Уж не потому ли он уехал, что от него отказались родственники?
– Ты не должен верить всем лондонским слухам, – издевательски бросила девушка.
– Да уж, в тот вечер на балу я слышал немало разговоров о нем.
