— Твой отец тоже не одобрит, Витя. И ты это прекрасно знаешь. — Ее глаза неожиданно начинает поблескивать. Блядь. Только истерики мне не хватало.
— Я долго тянул... Терпел. Но уже пора поставить жирную точку.
«И начать новую жизнь», — хочется продолжить, но Оксане знать о моих планах не нужно.
Наверное, я ещё долго тянул бы, если бы в моей жизни не появилась Маша. Лишь ради нее хочется избавиться от прошлого, чтобы начать все с чистого листа. Дать нам шанс на счастье. На самом деле, в какой-то момент я наплевал на все и думал, что у меня никогда не будет семьи.
Но после встречи с Машей... Все изменилось. И теперь мне хочется сделать ее женой, а потом обзавестись детьми. Пора стать отцом.
— Ты пожалеешь, — тихо говорит Оксана, вытирая слезы.
Я впервые вижу, чтобы она плакала. Постоянно уверенная в себе, дерзкая и упертая, сейчас сидит передо мной и кажется такой слабой и беззащитной. Фальшивая женщина. И слезы у нее фальшивые.
— Ага, да... — усмехаюсь я, глядя на то, как она что-то ищет в своей сумке.
Достает, наконец, салфетку и аккуратно вытирает лицо, чтобы макияж не испортить. Даже в такой момент думает о внешнем виде. — Буду жалеть, что такую стерву, как ты, потерял.
— Отношения наших отцов испортятся.
— Мне плевать.
— Они станут врагами, Витя. И всё из-за тебя.
— Это не мои проблемы. Подписывай. Последний раз повторяю, — киваю на документы и кладу ручку рядом с бумагами.
Оксана медлит, но в итоге ставит свою подпись в трёх местах.
— Я тебя никогда не прощу, — говорит она дрожащим голосом.
Ловлю себя на мысли, что мне ее ни капли не жаль. А вот если бы Маша сидела передо мной и плакала, у меня сжалось бы сердце. И я просто не выдержал бы, подошел и обнял ее, прижал бы к себе.
— Ах, да, — говорю, пробежавшись глазами по бумагам. Одобрительно киваю. — Отношения отцов зависят от тебя. Если ты не хочешь, чтобы у твоего папаши создались проблемы, то просто держи язык за зубами. Поверь, у меня очень много доказательств того, что его бизнес нечист.
Надеюсь, ты меня понимаешь. И не станешь говорить лишнего за моей спиной. Мы же расходимся мирно, верно? Просто не сошлись характерами...
Оксана поднимается на ноги. Гордо вздергивает подбородок. Отца своего она любит. В обиду не даст и сделает все, чтобы он не пострадал. Иначе кто будет оплачивать ее путешествия, наряды и прочие капризы?
Какое-то время я все организовывал, но я тоже устал. Выдохся и понял, что такая жена мне не нужна.
