— Ты за всю жизнь не ревела столько, сколько за последние пару дней. Ну не убивай ты себя... Пришла какая-то кукушка и все испортила.
— Она мне глаза открыла, Олеся. Если бы она не появилась, я бы ходила с розовыми очками ещё черт знает какое время!
— Ой, да ладно тебе! — Подруга машет рукой. — Она пришла, чтобы Виктора подставить. Вон, заодно с его матерью... Делают все, чтобы вы расстались. А ты просто возьмёшь и уйдешь от него? Позволишь этим сучкам одержать победу?
— Да ради Бога! — Встаю и иду к двери. — Пусть одерживают победу сколько хотят.
Они заслужили. Не бывает отношений, где все строится со лжи.
— Вообще-то все началось по твоей инициативе. Ты тоже не белая и пушистая, —хмыкает Олеся.
— Я уже поняла, что ты на его стороне, — бросаю через плечо, накинув на плечи куртку.
— Я на стороне ваших отношений, Маша! Ваших взаимных чувств! Хочу, чтобы вы помирились! Разве это трудно понять? Господи... Да когда ты успела стать такой... занудой? Ты же всегда шла по головам. А сейчас ведёшь себя как трусишка.
Они тебя раздавить пытаются, а ты поддаешься.
— Перестань нести чушь, Олесь. — Спрятав телефон в карман, я выхожу из квартиры. — Мне на них плевать. Меня задело враньё Виктора, а не поступки и слова этих дамочек. И даже на мать Амирова плевать... Но, черт возьми...
Сглатываю. Решаю не продолжать свою речь. Захлопываю за собой дверь и иду к лифту. Мне чертовски не хватало Виктора все эти дни, которые его не было в моей жизни. Но я не могу его простить. Не могу на все закрыть глаза и продолжить жить с ним как ни в чем не бывало.
Вызываю такси и еду к бабушке. Радуюсь тому, что бабуля не задаёт вопросов про Виктора. Она вообще не интересуется, зачем я пришла посреди белого дня, тем более сейчас не выходные.
— Я в магазин схожу, — сообщает бабуля, зайдя в спальню. Я лежу на кровати с телефоном в руке, хочу позвонить Амирову, но не решаюсь.
— Может, я?
— Нет, ты не знаешь, чем я пользуюсь, — отрезает бабушка. — И выглядишь ты неважно. Полежи, отдохни.
Понятливая моя бабуля.
Любимая. Мне пришлось солгать, что я на работе почувствовала себя плохо и решила приехать к ней, полежать. Она рассмотрела меня, кажется, даже не поверила. Потому что на мне не рабочая униформа. Благо, лишних вопросов не задала. За что ей огромное спасибо.
Она уходит, я же всё-таки набираю номер Виктора. Он отвечает сразу же. А у меня, едва слышу его голос, все внутренности сжимаются в тугой узел. Господи, я умру от тоски!
— Да, Маш, — хрипло выдает он. — Маш...
