Всю жизнь будем вспоминать, как познакомились.
И тут мои щеки начинают гореть. Шутливо бью ладонью в плечо Виктора. Он ловит мою руку, подносит к губам. Целует запястье, потом кончик каждого пальца, вызывая волну мурашек. Внизу живота скапливается жар. Между ног становится влажно.
— Хочу тебя, — шепчет мне в губы, затем оставляет короткий поцелуй.
Вот как у него получается заводить меня одним действием или словом? Слишком я к нему привыкла. Точно так же, как люди привыкают к чему-то хорошему... Ощущение, будто без него ни дня прожить не смогу.
Просто умру от тоски и желания быть с ним рядом. Он сейчас для меня как кислород, без которого жить просто нереально.
— Прямо сейчас и здесь... — продолжает он тоном, от которого волоски на руках дыбом становятся.
— Вик, прекрати.
— Обещаешь потрогать меня, когда домой возвращаться будем?
— Вик! — повторяю с нажимом. — Бабушка услышит! — говорю шепотом, хотя прекрасно знаю, что ничего она не услышит.
— Пообещай...
— Ладно-ладно! Обещаю!
Встав, я иду к бабушке на кухню, которая стоит у плиты спиной ко мне.
— Бабуль, дай помогу, — прошу я. — Ты зачем так... Боже, все на свете приготовила.
— Надеюсь, что хотя бы этот тебе сделает предложение выйти за него замуж, — проговаривает она, поворачиваясь ко мне лицом. — А то твой Олежа тянул и тянул. Говорила я, что он никогда не станет семьянином... А ты мне не верила. Тебе вообще-то детей пора рожать!
Да, говорила. Чего уж отрицать... Бабуля даже намекала Олегу, что пора бы семьёй обзавестись.
Но он все твердил, что рано.
Спасибо, Господь, что мы в итоге разошлись. Спасибо, что послал мне Виктора.
Вечер мы проводим в веселой обстановке. Бабушка часто шутит, а Виктор отвечает той же монетой. Иногда я тоже вставляю пару фраз, но мне все больше кажется, что их диалог и без того хорошо идёт. Просто наблюдаю за бабушкой и любимым мужчиной.
Несколько часов проходят настолько быстро, что я даже не замечаю. Помогаю бабуле убрать со стола, загружаю посуду в посудомоечную машину.
И только потом говорю Амирову, что нам пора уходить.
— Вы почаще приезжайте, — произносит единственная моя родная душа, когда мы обуваемся. — Я тут одна до глубокой ночи сижу. Иногда соседи приходят, проводим время перед телевизором и сплетничаем, но это не то... Было приятно познакомиться, Витя.
— Мне тоже, — отвечает Амиров, открывая дверь. — Обязательно ещё приедем. Спокойной ночи.
— Спокойной ночи, бабуль.
— Спокойной.
