Константин Ференци крутил перед глазами испещренный древними символами черный яйцеобразный камень, упакованный в пластиковый пакет. Это был тот самый загадочный артефакт, который патологоанатом обнаружил в мумии из исторического музея. У Мерзликина в сейфе лежал еще один такой же камень, найденный на месте сердца у Руслана Игнатьева.
– Вот так и работаем, – вздохнул Мерзликин, отодвигая телефон. – Чтобы получить информацию по этим убийствам, пришлось отпустить мелкого угонщика автомобилей.
– В данной ситуации вы поступили правильно, Владимир Михайлович, – заметил Панкрат.
– Иногда из двух зол приходится выбирать меньшее.
– Вот как? – холодно произнес Ференци. – Я бы сказал несколько иначе. По долгу службы в борьбе с созданиями тьмы мы прибегаем к помощи монстров. Используем одних чудовищ, чтобы уничтожить других. Ведь все ваши люди – чудовища, не так ли, господа?
– Я бы не стал их так называть, – сухо проговорил Панкрат.
– Мы работаем с ребятами уже долгое время, и ни один из них не вызывал никаких нареканий, – добавил Мерзликин.
– И тем не менее они – монстры, – жестко сказал Ференци. – Мутанты. Метаморфы. Еще двадцать лет назад, когда такие, как они, только начали появляться по вине «Экстрополиса», я понял, что от этих созданий не стоит ждать ничего хорошего. Ваши молодые кадры отлично работают, не спорю. Но, до того как попасть в ваш отдел, они успели натворить немало странных и зловещих дел. Взять хотя бы этого Легостаева… Что он, кстати, собой представляет?
– Никита? Хороший сыщик, несмотря на столь юный возраст.
Что еще я могу о нем сказать? – задумался Владимир Михайлович. – Вместе с другими ребятами прошел краткий курс обучения в полицейской академии. У него неплохая физическая подготовка, он хорошо стреляет. Быстро соображает, цепкий, внимательный. На месте преступления никогда не пропустит ни одной мелочи. Несколько недель назад попал в жуткую аварию. Мы уж думали, что он не выживет, но парень выкарабкался.
– За Никиту я ручаюсь, – сказал Панкрат. – Я знаю его практически с пеленок.
– Мне известно, что вы родственники, – нахмурился Ференци, отложив камень в сторону. – И это несколько усложняет дело. А Пожарская – приемная дочь прокурора. Вы не боитесь, что, имея такие связи, они могут выйти из-под контроля?
– Они в «Авангарде» по доброй воле, – заверил его Панкрат. – И вы не должны сомневаться в этих ребятах. Вы не знаете их так, как их знаем мы.
– А способности этого Никиты? – не унимался Ференци. – Ведь он – оборотень.
