– И как теперь снова уснуть? – пробормотал он. Часы на стене показывали четыре утра. Спать не хотелось вовсе. – Ты был со мной, когда на меня напали те трое? – спросил Никита.
– В то время я отдыхал, – недовольно ответил мертвый колдун. – Но ты прекрасно справился и без моей помощи…
– Почему я не видел призрака убитого парня? Я ведь теперь частенько их вижу.
– Это моя способность, верно… И ты владеешь ею, когда я бодрствую, – тихо произнес колдун. – Но если я отключаюсь, твои силы дремлют. А что, ты наконец оценил мой дар медиума?
– Поначалу я здорово пугался, но иногда это помогает в работе, – признался Никита.
– Лучше бы ты в тот момент бодрствовал, чтобы я мог допросить того типа. По крайней мере, узнал бы, кто его нанял и с какой целью.
– И правда, – согласился колдун. – Это облегчило бы нам жизнь.
– Ты получил эту способность вместе с другими своими силами? – спросил Легостаев.
– Видеть призраков? Да, это умение пришло ко мне вместе с медальоном. Я часто его использовал, чтобы раскрыть планы своих многочисленных врагов.
– Кстати, ты так и не рассказал, как заполучил медальон и что означает этот рисунок со змеями. – Никита взвесил медальон на ладони. – Знак какой-то древней секты, в которой ты состоял? Где ты вообще его стянул?
– Стянул? – возмутился призрак. – Да ты издеваешься надо мной, мальчишка?"
"– Еще кто над кем издевается, – огрызнулся Никита. – Так откуда у тебя этот медальон?
– Медальон… – мрачно проговорил призрак. – Медальон этот – очень мощный артефакт.
На протяжении тысяч лет каждый колдун, владевший этим медальоном, напитывал его своей силой. Поэтому каждый последующий владелец становился сильнее предыдущего. Взгляни на него внимательнее.
Никита уставился на украшение, словно впервые, но ничего нового не увидел – те же искусно отлитые, тесно переплетенные змейки. Их бока покрывали мелкие чешуйки, и красные глаза сверкали в полумраке.
– Это не чешуя, а языки огня, – сказал вдруг Илларион. – Огненные змеи.
Никита удивленно вскинул брови.
И правда, как он раньше не разглядел? По телам змеек бегали маленькие язычки пламени.
– И непонятно, то ли это несколько змей, то ли головы и шеи Дракона. Слишком уж замысловатая вещица.
– Дракона? – переспросил Легостаев. – Таисия говорила о том же. Так этот медальон и правда изображение Огненного Дракона?
– Я бы нисколько этому не удивился. Огненный Дракон на протяжении тысячелетий считается прародителем всех монстров и самой черной магии.
