Он висел под потолком и озирался по сторонам с таким видом, будто до сих пор не осознал, что с ним произошло. В этом кабинете призрачный старик до сих пор ощущал себя полноправным хозяином, и ему явно не нравилось столпотворение незнакомых ему людей.
Никита видел такое не впервые. Иногда духи в течение трех суток находились рядом с телами, словно надеясь вернуться в них и продолжить свою жизнь среди живых. Он узнал это, придя как-то раз в морг, чтобы поговорить с патологоанатомом. Никита тогда едва рассудка не лишился, увидев, сколько призраков шаталось никем не замеченными по темным коридорам.
А скольких он еще не видел!
Легостаев с трудом оторвал свой взгляд от привидения и обернулся к Игорю.
– Это ты со свидетельницей сейчас разговаривал? – спросил он.
– Да, но от нее пока мало толку. У нее настоящая истерика, все мысли вразброд. Вон та, – Игорь кивнул на женщину в инвалидном кресле, – ведет себя куда спокойнее.
Лапшин мог читать мысли других людей, иногда Никита ему даже немного завидовал.
Не всегда и лишь при особом сосредоточении, но мог. Благодаря этому Игорь и попал в «Авангард» прямо из юридического колледжа, где до этого учился. Правда, перед этим его поймали на мошенничестве – он хорошо поразвлекся в нескольких крупнейших казино города, читая мысли крупье игровых столов и делая большие ставки на нужные карты.
– Кто такая? – спросил Никита, проследив за кивком Лапшина.
Игорь заглянул в свой блокнот.
– Арина Станиславовна Колмогор. Тоже какая-то шишка из правления «Персея».
Они прошли в глубь кабинета, и Никита оценивающим взглядом окинул обстановку. На широком письменном столе лежал прозрачный пластиковый пакет. В нем находился короткий метательный нож с искривленной рукояткой. Никита взял его в руки.
– А это что?
– Орудие убийства, – пояснил Игорь. – Вернее, одно из орудий. Ты на его рукоятку посмотри.
Никита подошел к окну и стал рассматривать рукоять ножа. Сначала он ничего не замечал, но, присмотревшись, различил очертания какого-то рисунка на потемневшей деревянной ручке.
Легостаеву вдруг стало трудно дышать. На ноже он увидел изображение сколопендры, изогнутой в форме буквы S, точь-в-точь такое же, что привиделось ему в его ночном кошмаре. Никите не сразу удалось унять дрожь в руках.
Игорь, похоже, ничего не заметил.
– Сороконожка, – сказал он.
– Что, прости? – переспросил Никита.
– Сороконожка, говорю. На картинке.
– Сколопендра, – поправил его Легостаев. – Ядовитое насекомое отряда членистоногих.
