Стояла ночь Кошачьего глаза – время ведьм и их темных колдовских обрядов, когда стирались грани между реальным и сверхъестественным мирами. Вдали, над сияющими башнями небоскребов Санкт-Эринбурга, ярко полыхали зарницы – на мегаполис стремительно надвигалась сильнейшая гроза."
"Задул сильный ветер, и колдунья, развернув коляску, вернулась в комнату, где все уже было готово для проведения ритуала. В центре располагался круглый стол, накрытый скатертью из тяжелого черного бархата. На столе по кругу стояло шесть длинных черных свечей, уже зажженных, между ними белели меловые линии идеально ровно начерченной пентаграммы.
В центре магического пентакля лежала фотография улыбающегося парня лет двадцати. Симпатичный, черноволосый, с искорками в прищуренных зеленых глазах – именно он был целью колдовского обряда.
– Будем надеяться, что магия этой черномазой мерзавки действительно ослабла после ее смерти, – насмешливо проговорила колдунья, энергично растирая ладони. Она подъехала к самому столу и простерла руки над бархатной скатертью.
– В противном случае у нас и правда может ничего не получиться.
– Я на тебя надеюсь. – Посетитель выжидающе замер у столика, с ненавистью глядя на фотографию. – У меня уже нет времени на поиски другого специалиста.
– Моя задача – пробудить запертого. Достучаться до него я сумею, уж будь уверен. Но вот что будет дальше…
– А дальше он сам все сделает, – уверенно произнес клиент.
– Властью и дозволением великой Матери-тьмы, – нараспев начала ведьма, – призываю потустороннее! Своей волей и данной мне силой приказываю замкнуть этот магический круг! Даром того, чья кровь темнее сумерек, призываю тебя, повелитель ночных кошек! Илларион Черноруков, Альфа и создатель Парда пантер, отзовись, где бы ты сейчас ни был! Услышь мой зов из своего заточения и ответь мне, заклинаю тебя!
Она снова и снова повторяла слова призыва, и через некоторое время воздух в комнате сгустился так, что стало трудно дышать.
Откуда-то пахну́ло могильным смрадом, вдруг стало очень холодно и сыро, посетитель увидел облачка пара, вырывающиеся из его рта и носа при дыхании.
Пламя черных свечей трепетало, словно на сильном ветру, но не гасло.
Ведьма, полностью сосредоточенная на ритуале, казалось, ничего не ощущала. Не раскрывая глаз, она продолжала бормотать заклинания.
Клиент молча отошел подальше от черного стола и отвернулся к прозрачной стене, за которой клубилась тьма и сверкали молнии. Похоже, надвигалась настоящая буря.
