На самом деле это Гектор нащупал нервное окончание и теперь давил на него так, что тело Легостаева сотрясали жуткие судороги. Никита издал громкий вопль, еще больше переполошив собак, а Гектор обхватил его за шею сзади и принялся душить.
– Помнится, ты говорил, что его пока нельзя убивать, – послышался насмешливый голос Агаты.
– Убивать не стоит, – подтвердил Гектор. – Но почему бы не посмотреть, как он корчится от боли?
Легостаев едва мог пошевелиться. Этот мерзавец Сэнтери знал, что делает. Никита выгнулся в последней попытке сбросить его с себя.
Хватка ослабела, но лишь на секунду, а затем стальные тиски вокруг горла снова сжались, перекрыв доступ воздуха. Агата, посмеиваясь, натянула цепь, и Никита ощутил, как медленно и неуклонно проваливается в темноту…
Что-то пронеслось в воздухе, Сэнтери резко дернулся от удара, гневно вскрикнул, но Никита уже не понимал, что происходит.
Он отключился.
Глава 31
Пентаграммы в переулке
После наступления темноты, когда лагерь заснул, Гордей Лестратов бесшумно выскользнул через окно из вожатского корпуса и отправился в Ягужино.
Он хотел добраться до сгоревшего здания на окраине деревни, посмотреть, что от него осталось, и, исходя из результатов осмотра, разработать план дальнейших действий.
Лестратов не стал никого звать с собой. Да, ребята рвались ему помочь, но он все же предпочитал держать их подальше от происходящего, особенно ночью, когда вурдалаков ничто не сдерживает.
Эти юноши и девушки были еще слишком молоды и неопытны, а твари, явившиеся словно из самой преисподней, необычайно хитры.
Новые жертвы Гордею были не нужны. Во все времена Ищейки бились с вурдалаками без посторонней помощи, в этом и заключалось их предназначение, и Гордей собирался следовать своей судьбе и дальше, не втягивая в смертельно опасное противостояние окружающих.
Лестратов быстро добрался до Ягужино. Он уже был рядом с церковью, когда вдруг услышал приглушенные крики и звуки ударов. Выхватив из-под куртки меч, Ищейка ринулся на помощь и, как оказалось, успел вовремя.
К своему ужасу, он увидел Никиту Легостаева в облике пантеры, распростертого на земле, и Гектора Сэнтери, намеревающегося всадить клыки ему в шею. Рядом стояла эта мерзавка Агата и, ухмыляясь, наблюдала за происходящим. В одной руке она держала цепь, конец которой был обвит вокруг шеи Легостаева, в другой – меч Гордея. Так вот кто присвоил себе его клинок!
Лестратов молнией метнулся вперед, сильным пинком сшиб Гектора с ног.
