Константин Михайлов предложил Оксане сесть в его полицейскую машину, припаркованную неподалеку. Раздав всем последние указания, вожатая удалилась. Гордей, Игорь и Артур повели детей в ягужинский кинотеатр. Когда Антон Василевский с бутылкой газировки в руке вышел из магазина, на площади стояли лишь Никита и Татьяна.
– Определенно, всем нам нужно принять душ, – сказал он. – Видели бы вы, как от меня сейчас вся очередь шарахнулась.
– Первый поджог в моей жизни, – признался Никита.
– Понятно, что это было необходимо, но все же это как-то чересчур даже для нас, – удрученно кивнула Татьяна.
– А мне даже понравилось, – сказал Антон, снимая обертку с очередного леденца. – К тому же скольких он сразу завалил! Я насчитал семерых. По-другому у нас ничего не получилось бы.
– Не радуйтесь раньше времени. Дождемся завтрашнего утра, – вздохнула Татьяна. – Помните? Если появятся какие-то плохие новости, мне придется сообщить обо всем руководству.
Глава 28
Фигура в багровых кружевах"
"Алексей Филиппов очнулся в темноте.
Он лежал на спине, широко разбросав руки и ноги, и, судя по всему, лежал так уже давно – тело затекло настолько, что ему с трудом удалось сесть.
Голова едва не лопалась от боли, особенно сильно болел затылок. Когда Филиппов попытался встать, перед его глазами все поплыло. Пришлось еще немного посидеть, прислушиваясь к своим ощущениям. Все мышцы болели, будто его долго валяли по камням. Глаза постепенно начали привыкать к темноте, и вскоре он уже смог разглядеть, что находится в просторном подвале с низким сводчатым потолком.
Обшарпанные стены, сложенные из крупного кирпича, были покрыты темными пятнами грязи и плесени. Каменный пол устилал толстый слой грязи. Сквозь узкие бойницы окон под самым потолком едва проникал дневной свет. Пахло сыростью, затхлостью старого погреба и… Алексей поморщился. Гниющей помойкой. Будто кто-то забыл вынести мусорное ведро.
Наконец Филиппов все же встал на ноги и снова огляделся. Подвал представлял собой несколько просторных помещений, соединенных между собой узкими проходами.
Алексей осторожно двинулся к ближайшему дверному проему, стремясь убраться подальше от этой кошмарной вони, казалось, проникающей прямо в мозг.
Алексею казалось, что он видит достаточно хорошо, но это было ошибкой. Не разглядев какой-то ящик в полумраке, он споткнулся об него и рухнул на пол, вскрикнув от боли. Тут же где-то рядом раздался тихий шелест. Филиппов замер, вслушиваясь. Похоже, он был здесь не один.
