Ему со мной за ребенка еще придется побороться.
Я, конечно, добрая и мягкая, но когда дело касается таких вопросов, держите меня семеро.
ОН ГОВОРИТ О МОЕМ СЫНЕ! О нашем. Но в первую очередь о моем."
"Я его рожала. Я его воспитываю, пока папа пропадает на работе.
Я готовлю ему завтраки, ужины, выбираю и покупаю ему одежду, учу общаться с девочками и вообще всем базовым вещам.
Я вожу его на плавание с самого раннего возраста.
Я занимаюсь сыном. Я знаю, я точно не плохая мать.
Нет никаких оснований, ни единого, чтобы его забрать у меня сына.
Суд всегда на стороне матери, если нет опровергающих доказательств.
Я спустилась и быстро вышла.
КОгда очутилась на улице, тяжело выдохнула, затем набрала в легкие воздух и задержала дыхание.
Сердце колотилось как бешеное, оно разрывалось от обиды и наглости.
Как он мог? Я ведь все...
А что уже говорить? Вот что? Сколько я для него делала? Да, много. Это факт.
Мама стояла рядом с машиной. По ее щекам текли слезы.
— Прекратить,— шикнула я и подошла к ней,— не плачь.
— ну как же, доченька моя, как тут не плакать, такое твориться.
— Успокойся,— я приобняла ее за плечи,— мам, успокойся, Илюша в машине. Давай до дома хоть доедем ладно? Я у тебя переночую?
— Конечно, спрашиваешь еще,— мама провела по моей руке спиной.
— Спасибо,— прошептала я и села за руль.
Самой бы еще не разреветься от боли в сердце.
Я собралась с силами, и мы отправились к маме.
Илюша всю дорогу спрашивал, почему мы едем к бабушке, а я просто не знала, что ему ответить.
— Папа пока занят сильно, мы сегодня будем в гостях у бабы, ладно? — единственное, на что повернулся язык.
Он дул щеки и грустил, но бабуля заманила его любимым вареньем. Сладкоежка, блин.
Когда доехали, Илюша пошел играть с собакой, а мы с мамой сели на кресла-качалки, наблюдать за ним и таксой, которая бегала и играла с малышом.
— Я думала, он тебя безумно любит, а он, такой же, как и все мужики,— мама взяла меня за руку.
— Не все, мам, есть в этом мире нормальные мужчины.
— Да где искать-то? У кого не спросишь, кругом кобели! — уже начинала злиться мама, но все ее голос дрожал.
— Не будем как там у всех, нам надо думать, как у нас,— я не знала, говорить ей о том, что он хочет сына у меня забрать или нет, но в итоге решила, что лучше ее не тревожить.
Я разберусь. Ничего он мне не сделает. Я не слабачка, об которую можно ноги вытирать. Не надо мне угрожать.
Я ради своего сына все сделаю, все.
