Я не хочу от тебя по шкафам прятаться,— произнесла я на выдохе, сжимая край одеяла.
— Давай, только о чем?
— О нас, о нашей семье, о нашем сыне.
— Где и во сколько? — коротко и ясно.
А у меня аж все в груди сжалось.
Я скучала по этому предателю, расптоптаешуму меня.
Скучала, как женщина прожившая с ним долгие годы и родившая ему сына. Скучала его его рукам, по его прикосновениям.
— В ресторане. В нешем, куда мы ходили.
— Хорошо, позвони за час, как закончишь работу,— договорил он и сбросил.
А я так и осталась смотреть на телефон в надежде, что он перезвонит и скажет мне что-то еще.
Но этого не происходило. Ничего не происходило, кроме моего откровенного унижения.
Какой мрак... Я докатилась до того, что звоню мужу, который мне изменил. Боже, Таня, ты дурная.
Но ничего, я это все делаю ради нашего сына. Ради Илюши, ради нашей кровинушки.
Судя по настрою моего мужа, он уже спокойнее, чем в первый день.
Может нам удасться развестись на доброй ноте и вместе, если это выйдет, воспитывать нашего сына?
Посомтрим.
Время все покажет.
А пока, мне остается только лежать и смотреть в потолок, в ожидании наступления завтра и нашей «решающей встречи».
Когда наступило утро, я быстро собралась, оставив Илюшу сегодня тоже с бабушкой, выпила чай и полетела на работу.
Тревога с самого утра сжимала желудок и заставляла живот буйствовать. Он так урчал, что, кажется, это слышали бы все окружающие на километр вокруг.
Я сидела в машине, застряв в пробке, которая, казалось, никак не хотела разрешаться.
Как и в моей жизни. Тоже пробка...
Утренний городской ритм кипел вокруг, автомобили тесно сжимались друг к другу, словно в зубчатых передачах огромного механизма.
С каждой минутой мое напряжение росло — мне так хотелось уже выйти из этого тесного автомобильного окружения и поторопиться к назначенной встрече с Даниилом. Но еще рабочий день. Я не могу его отменить, не могу пропустить. И так не так давно вышла из декрета.
Наконец, когда пробка наконец разъехалась, я поняла, что опаздываю. Посмотрела на часы и запереживала еще и из-за этого.
Мне приходилось удерживать себя от того, чтобы не нарушить скоростной режим, но каждая секунда казалась бесконечной.
Я не могла перестать думать о том, что скажу ему, как объясню свои чувства и свои решения.А стоит думать о моих сотрудниках, о том, сколько еще бумаг не перебрала и сколько еще не проверила в программе.
Все эти мысли кружились в моей голове, словно вихрь, и я старалась подготовиться к тому, что меня ждет.
