Марковцев закончил допрашивать пленного. В другой ситуации он мог сказать ему на прощание: «А вообще ты зря побежал». Не оглядываться на кричащего на всю округу чеченца, не смотреть, как «луганцы» освобождают ему руки и открывают огонь «при попытке к бегству». Вот здесь стопор, в рекрутах из «Луганска», а значит, и в нем, Сергее Марковцеве.
Стопор – лучше и не скажешь, поскольку Центр спецопераций ГРУ представлял собой четко отлаженный механизм, бездушную машину. И инструкции по ее использованию в чем-то совпадали с мыслями этого пленного чеченца.
«Луганцы» не испытывали к нему ненависти, холодно исполняли церемониал уважения к противнику, кем бы он ни был и чьи бы интересы ни представлял.
Трудно быть машиной, думал Сергей. Очень трудно регулировать внутренний мотор, сдерживать обороты там, где он должен натужно реветь.
Нет, он не услышит короткой шипящей очереди, не увидит последнего бойца из отряда «Черный эдельвейс», катившегося по склону, оставляя на траве следы крови.
– Эдельвейсы на лугу не растут, правда, Игорь? – Марковцев, проходя мимо товарища, хлопнул молодого «луганца» по плечу.
"
"Сорвав этот черный букет, подполковник Марковцев потерял убитыми одного спецназовца, раненых насчитывалось пятнадцать, около половины. Потери пограничников из хашелдойской заставы составили также одного убитого срочной службы, ранения получили пятеро, включая капитана Сысоева.
Глава 2
Старые и новые друзья
1
Московская область, Центр спецопераций ГРУ «Луганск»,
19 июня, среда
Полковник Александр Мещеряков – 43-летний лысеющий брюнет с утомленным лицом и внимательным взглядом – машинально выбрал местом беседы кабинет начальника политчасти.
Лишь устроившись за громоздким коричневым столом, покрытым зеленым сукном, а сверху еще и слоем поцарапанного плексигласа, и осмотревшись, пришел к выводу, что действовал по старинке. Раньше к политрукам относились не менее трепетно и боязливо, чем к командирам частей. Начальники штабов, к примеру, занимали третье почетное место, продолжил тасовать должности Александр Александрович, поджидая офицера по тактико-боевой подготовке.
Не во всех воинских подразделениях есть политчасти и отделы, но в Главном разведывательном управлении Генштаба, где проходил службу Мещеряков, в обязательном порядке функционировало политическое управление.
Полковник, раскрыв папку, еще раз пробежал серыми внимательными глазами данные на человека, которого ожидал с минуты на минуту.
