Капитан общался с единомышленниками на особом жаргоне, и в который раз отметил скромное «междумордие» (интерфейс) программы: стандартные цвета оперативной системы.
На экране появились шесть окон, поверх которых проходила серая полоска меню. Одно за другим капитан убрал три окна, давая подтверждения на свои действия: «Закрыть окно номер 1?» – «Да». – «Закрыть?..» – «Да».
Пока оставшиеся три окна, расположенные два вверху экрана, один внизу, который Горбунов не стал растягивать, а оставил как есть, матово отсвечивали серовато-зеленым фоном, не утомляющим глаза.
Бросил взгляд на часы – до связи с Марковцевым оставалось меньше десяти минут. Закурил, зная, что с первым словом в эфире снова потянется к сигарете.
Связь с командным пунктом осуществлялась на частоте 806 мегагерц в закрытом режиме, прослушивание другой радиостанцией исключалось. Застройка здесь не очень плотная, и Евгений надеялся, что переезжать на другое место не придется. Но все станет ясно ровно через шесть минут.
СУРС не требовал дополнительных настроек и считался неприхотливой системой. Главное и единственное, что требовалось в ее работе, – это сигнал по радио или проводам телевизионного изображения поля зрения оптических прицелов и стабильная работа интеркома.
* * *Ближе к базе ОМОНа, но с противоположной стороны, примерно в ста метрах, полутора часами раньше остановилась темно-зеленая пятидверная «Нива» без номеров. Место для временной стоянки удобное: полуразрушенные дома, ухабистая дорога, буйная «зеленка».
В этом районе в конце января 2000 года шли ожесточенные бои. Российским солдатам противостояли хорошо обученные, опытные наемники с их мобилизационными возможностями, четкой системой управления, строгой дисциплиной плюс религиозный фанатизм и тейповые принципы.
Наметанный взгляд Сергея Марковцева отмечал, что вон тот нижний этаж темного здания, на котором до сих пор остались следы артиллерии, был оборудован под долговременную огневую точку, верхний этаж – под огневые позиции снайперов, крыша, от которой почти ничего не осталось, в свое время представляла собой место для зенитчиков.
Этот район – один из трех оборонительных рубежей чеченских бандформирований, проходивший по улице Сайханова (юго-западнее железнодорожного вокзала) – Сергей изучил настолько, насколько позволяло время. Именно по нему он проложил путь отхода своей небольшой группы.
