Я не хочу принимать в себе это чувство, потому что оно лишь подтверждает то, что я не хочу признавать. Я хочу владеть Майроком так же безраздельно, как и он мной.
Я останавливаюсь, поворачиваю голову и смотрю на Кристабель, едва сдерживая рвущую грудь ярость. Бель с вызовом смотрит на меня.
— Ты растрепала всем про метку, не так ли? — спрашиваю я.
Глава 26.2
Кристабель останавливает на мне высокомерный взгляд. А у меня внутри растёт раздражение в геометрической прогрессии.
— Я не рассказывала никому, — кривит губы она.
— Своих проблем хватает, знаешь ли. Вас видели в Бездне Наслаждений. Кажется, брат какой-то пятикурсницы. Майрока знают все, он всегда в центре внимания, привыкай.
Её «привыкай» прозвучало горько, с оттенком поражения. Любила ли она Майрока по-настоящему? Вряд ли я когда-то узнаю правду.
Я почему-то верю, что рассказала не она. Поэтому разворачиваюсь и иду прочь, но не успеваю пройти и десяти шагов, как мне вслед летит:
— Медея, подожди!
Я разворачиваюсь и вижу, как Бель спешит за мной, стуча каблуками модных туфель по мраморным плитам.
— Чего тебе? — сразу внутренне напрягаюсь, ожидая подвоха.
У меня ещё и зелье в кармане. Вряд ли она туда полезет, но всё равно приятного мало.
Но Кристабель не выглядит злой или настроенной на ссору, скорее растерянной и в чём-то уязвимой. Она останавливается напротив меня, облизывает губы, обильно накрашенные розовым блеском, и как-то кривовато улыбается.
— Я хотела извиниться, — выдавливает она, тут же отводя взгляд в сторону.
Я вижу, что слова даются ей нелегко, и не понимаю причины её поступка. Вряд ли ей приказал это сделать Майрок, скорее всего он вообще забыл о существовании своей бывшей девушки.
Может быть она решила, что скоро я займу высокое положение в обществе, и боится, что испорчу ей жизнь?
— Почему ты говоришь это? — спрашиваю я.
Брови Кристабель ползут вверх, а растерянность проступает на лице ещё выразительнее."
"— Я… не знаю, — пожимает плечами она.
— Просто вдруг захотелось. Я понимаю, что была жестока… даже слишком.
Я продолжаю смотреть на Бель, подмечая все оттенки её неловкости. Я не чувствую ни жалости, ни желания прощать её. Она просто мне неприятна.
— Я завтра покину академию, — внезапно говорит она, прерывая затянувшееся неловкое молчание. — Навсегда.
— И куда ты? — я задаю вопрос просто потому что мне интересно, куда вообще может привести эта странная беседа.
