Майрок неопределённо пожимает плечами, но прекрасно понимает, почему я спрашиваю:
— Волнуешься? Это не касается Оскара Найта, если ты об этом. Он жив и здоров.
Я сглатываю, вспоминая вчерашний вечер. Но больше ужаса он у меня не вызывает. Не только из-за того, что я сегодня узнала об отце. Я просто приняла тот факт, что Майрок именно таков. Он весь — сотни острых граней, прикоснись — и порежешься. И мне нужно научиться жить с этим. По крайней мере, пока мы рядом. Другого выбора нет.
Майрок с лёгкой улыбкой подаётся вперёд, вынуждая меня отступить к стене.
Становится так близко, что между нами почти не остаётся расстояния. Его жадный вдох теряется где-то в районе моей макушки.
Я поднимаю голову, вглядываясь в его глаза. Флейм хочет поцеловать меня, но я останавливаю его, касаясь кончиками пальцев губ и заглядываю в глаза.
— Я поняла зачем ты вчера это сделал, и не осуждаю, ты был отчасти прав, — признаюсь я шёпотом. — Но сейчас меня волнует дядя Оскар.
— Я могу избавить этот мир от него. Только попроси, — с ледяным спокойствием говорит он.
— Твой дядя этого заслуживает.
— Ты и так сделаешь это после того, что мы узнали.
Он убирает мою руку, не оставляя препятствий между нами. Сжимает мою ладонь в своей, а затем произносит, хрипло смеясь:
— Ты меня подловила. Но я хотел, чтобы ты попросила.
В следующую секунду Майрок касается моих губ, и я со вздохом уступаю ему. Позволяю обхватить мою нижнюю губу, прикусить её и тут же зализать укус. Позволяю скользнуть языком мне в рот. И даже прижать к стене.
"
"Я не просто позволяю что-то делать с собой. Сама тянусь к Флейму и кладу руки ему на плечи. Притягиваю ближе, вжимая в себя так сильно, будто хочу растворится в нём. Чувствую, как в меня упирается что-то твёрдое, и тело сразу же реагирует в ответ.
Майрок отрывается от меня. Сглатывает, и его тёмный взгляд скользит по моему лицу. А горячая рука ползёт по моему бедру, приподнимая юбку. Он улыбается, как демон, наблюдая за моей реакцией.
Помогите мне Легенды. С ним я умираю. Сгораю дотла.
Мы стоим в коридоре прямо посреди академии. Совсем недалеко от кабинета, где сейчас проходят занятия. В любой момент нас могут застукать.
— Майрок! — мой яростный шёпот проносится по коридору. — Нас могут увидеть.
— Увидеть? Кто рискнёт пялится при мне на ноги моей девушки?
Ладонь Майрока оглаживает резинку моих простых чулок. Когда она уже почти касается внутренней стороны бедра, я резко хватаю его руку и сжимаю, останавливая:
— Послушай, может быть ты прав.
