— Нашли меня, чтобы посмеяться? Что стоите там, рыжая дура и толстуха?
Наверное, до своих четырнадцати и всех последующих событий в моей жизни, я бы её пожалела и даже нашла в себе силы простить. Потому что Кристабель повержена и в уязвимом положении.
Но теперь всё иначе. И во мне осталось слишком мало сочувствия к проблемам посторонних. Тем более к тем, у кого с детства золотая ложка во рту. Тем более к тем, кто без зазрения совести издевался надо мной. Считать себя лучше других — качество, которое въелось в каждую клетку Бель.
Она по-другому просто не умеет. Но теперь её ждут перемены, которые научат смирению. Её положение в обществе изменится.
— Мне плевать на тебя, — отвечаю я холодно. — Мы просто шли мимо.
— Вы обе тупые сучки, — Кристабель резко встаёт из-за стола, едва не роняя стул. — Не удивлюсь, если это вы шантажировали меня! Отвечайте! Вы это всё сделали? Хотели уничтожить меня?
Я так и не рассказала Джули про то, что во всём виновата Ханна и моя сестра. Хотела сообщить, когда мы будем вдвоём и без лишних ушей.
— Нам и правда лучше уйти, — шепчет позади меня Джули.
— Не советую разбрасываться пустыми подозрениями. Уверена, скоро приедут дознаватели и выяснят имя виновника, — отвечаю я, глядя Бель в глаза.
Кристабель становится бледной, когда я упоминаю дознавателей. Но теперь их приезда точно не избежать. Я уверена, что разбирательства будут крупные.
— Пошли вы обе! Пошло оно всё! — взвизгивает она, а затем стремглав пролетает мимо нас, толкнув меня плечом.
— Бешенная, — смотрит ей вслед Джули.
Я тоже оборачиваюсь и вижу, как Кристабель стуча каблуками спешит прочь, но внезапно наталкивается на группу парней.
— О-о-о, — тянет один из них, преграждая ей дорогу. — А я-то всё думал, где ты прячешься? Почему не была учёбе?
— Отвали, — огрызается Бель, хочет пройти, но ей преграждает путь ещё один парень.
— Потише, это же подружка Маройка Флейма, — говорит третий с опаской.
— Ни хрена она не подружка, Майрок сегодня сказал, у него новая, — смеётся другой.
Новая подружка? У меня всё нутро кипятком ошпаривает от этих слов. Флейм же не будет болтать о нас? Он же не настолько кретин?
— Уроды! — Кристабель толкает одного из них и спешит прочь, едва не переходя на бег.
— Шлюха-а, — улюлюкают ей вслед парни.
На одном слове они не останавливаются и выкрикивают ещё и непристойные предложения, от которых у нас уши едва в трубочку не сворачиваются.
— Несладко ей придётся, — констатирует факт Джули.
