Утром я подслушала, как она пыталась уговорить дядю оставить меня в семейном особняке, но он побоялся нарушить закон.
— У тебя метка. Твой истинный заберёт тебя, и ты войдёшь в его род, — победно заявляет сводная сестра. — Так что не разевай рот на то, что уже не твоё.
Я избавлюсь от истинности. Узнаю о ней всё и найду способ. Но родственникам не обязательно знать о моих планах. Я не хочу, чтобы дядя мешал мне. А затем закончу академию и вступлю в свои законные права. Понимаю, что план шаткий, многое может мне помешать, но другого у меня нет.
— Теперь твой младший брат Вильям наследует всё. А мой сын тебя ненавидит, — сладким певучим голосом поддакивает мачеха.
— Ненавидит, потому что вы настраиваете его против меня! — вскрикиваю я, чувствуя, как в груди скручивается спираль боли.
— Ты сама отлично справляешься, — хмыкает сводная сестра. — Вильям любит меня, а ты для него пустое место.
Они знают на что давить.
У Сины с отцом в браке родился чудесный малыш. Я обожаю своего братишку, несмотря на то, что его мать всегда меня раздражала.
Он тоже любил меня… раньше.
Нас разлучили, когда ему было четыре. Сейчас он если и помнит обо мне что-то хорошее, то смотрит на всё через призму мнения матери и дяди Оскара.
Они обхаживают брата, дядя стал его законным опекуном. Ведь, раз я сначала была признана ущербной, а теперь на грани того, чтобы выйти замуж на истинного, Вильям должен стать главой Рода.
Не знаю, что они задумали сделать с братишкой. Всё-таки он сын Сины.
Наверное, дядя надеется позже управлять всем через Вильяма. Привязывает его к себе, пока он ещё мал.
— Пора отправляться, — говорит дядя Оскар.
— Хочу попрощаться с братом, — я сверлю глазами дядю, сложив руки на груди в защитном жесте.
— Он занят, ему нужно заниматься. И теперь, когда тебе вернули магию, ты к нему даже близко не подойдёшь, — начинает верещать Сина. — Мой сын должен быть в безопасности!
Распорядитель вчера сказал, что магия должна проявиться. Но я пока не чувствую её.
Это пугает и заставляет волноваться. Вдруг я так и останусь пустышкой?
— Вильям мой брат, а я больше не ущербная, ты не имеешь права запрещать, — говорю я, хотя знаю, что мачеха придёт в ярость.
— Матушка права, — раздаётся звонкий голос откуда-то сверху.
Я поднимаю голову и вижу Вильяма.
Ему десять, но он выглядит немного старше, минимум на двенадцать. Он высокий и худой, безумно похож на папу. Такие же светлые волосы и немного резкие черты лица.
