Огненные крылья за его спиной не оставляют никаких сомнений в том, как именно мы спаслись.
Глава 15.3
Мне хочется позорно расплакаться, ведь я уже распрощалась с жизнью. Солёная влага предательски жжёт глаза. Я задерживаю дыхание, и сдерживаю слёзы лишь усилием воли.
— У меня нет крыльев, — я пытаюсь перекричать ветер. — Я же тебе говорила, моя магия пробудилась не до конца!
— Заткнись, — коротко бросает Майрок, а затем прижимает меня к себе ещё ближе, вынуждая положить голову ему на плечо и обхватить шею руками.
Грубиян. Я прижимаюсь щекой к жёсткой ткани камзола и только сейчас понимаю, что вообще произошло. Если бы не Флейм, я бы разбилась. Он спас мне жизнь. Но что Майрок делал ночью в безлюдной местности? Вывод напрашивается сам собой — он следил за мной и Шейдмором.
Запах Майрока кружит голову. Он кажется знакомым до боли и от чего-то успокаивает.
Не проходит и минуты, как мы начинаем снижаться, причём с такой скоростью, что я задерживаю дыхание и зажмуриваюсь, вцепляясь Майроку в шею ногтями.
Когда открываю глаза, успеваю заметить, что крылья Флейма странно мерцают. Мне начинает казаться, что мы упадём. Но в итоге жёстко приземляемся, и Майрок нецензурно ругается сквозь зубы, но меня держит крепко.
— Можно было и помягче приземлиться! — ворчу я.
Майрок грубо ставит меня на ноги.
— Моя сила с некоторых пор плохо слушается, знаешь ли, — цедит он сквозь зубы. — Но кто знал, что я даже летать скоро не смогу. Это всё проклятая истинность, чтоб её. Не только твоя магия пострадала.
Я думала, что он настолько разозлился, поэтому мы едва не упали. Но ведь и у меня также, только хуже.
— Значит, у тебя тоже самое? Поэтому у меня нет крыльев. Не только магия не пробудилась, но и они не проявились, как видишь. У меня никогда их не было, — в моём голосе звучит грусть, которую не скрыть.
Любой дракорианец без крыльев неполноценный. Драконья кровь требует своего, но, увы, я сама ни разу не летала."
"— Где этот придурок Шейдмор? Почему он бросил тебя одну? — Майрок быстро переводит тему на то, что интересует его.
— Профессор в горах, — я растерянно оглядываюсь. — Наверное, мне нужно найти его. Он будет волноваться.
— Волноваться? Ты сказала волноваться, мать твою? — рычит он, сжимая кулаки.
Я стою, буравя взглядом землю и редкие травинки под ногами. Я настолько переволновалась, что сил ругаться с Флеймом просто нет сил.
— Конечно, ведь он ждёт меня наверху. А если я не прибуду, он подумает… даже не знаю, что он подумает.
