– Он что, сегодня не работает?
– Почему не работает? Работает. Ночью. Он ведь ночной сторож. А сейчас он дома, наверняка в огороде копается.
– А не подскажете, где он живет? – спросил Никита.
– На другом конце деревни, – отец Епифан махнул рукой вдаль. – Мимо не пройдете, аккуратненький такой домик с красной крышей.
Никита поблагодарил священника, и парни отправились искать дом деда Семена.
Действительно, дедов дом нашелся довольно быстро – крыша красного цвета была только у него одного. Никита поднялся на крыльцо и постучал в дверь.
Ему никто не открыл. Видимо, старик все же куда-то ушел.
– Куда он мог деться?
– А может, они до него уже добрались? – взволнованно предположил Артем. – И держат сейчас где-нибудь взаперти, выведывая, как проникнуть в церковный архив.
– Давай лучше у соседей спросим. Вдруг они его видели?
Они направились к ближайшему дому из тех, что окружали дедово жилье. Это здание ничем не напоминало низенькую избушку старика. Высокий респектабельный коттедж из красного кирпича, построенный совсем недавно.
Крыльцо заменяла широкая каменная терраса. У входа на тонких цепочках была подвешена деревянная скамейка с высокой спинкой. На сиденье лежал небольшой букетик полевых цветов.
Дверь им открыл человек, внешность которого ну никак не вязалась с образом деревенского жителя. Широкоплечий и подтянутый мужчина лет сорока, с умным интеллигентным лицом, коротко подстриженный и гладко выбритый. Одет он был в белую рубашку и голубые джинсы.
Мужчина окинул приятелей удивленным взглядом.
– Вы пришли к Ксю? – спросил он. – Так она, наверное, спит еще…
Он повернулся вглубь дома и громко крикнул:
– Ксения! Ты встала?! К тебе тут гости!
– Мы не к Ксю! – поспешно проговорил Никита. – Вообще-то мы соседа вашего ищем, деда Семена. Не знаете, куда он запропастился?
Мужчина задумался.
– Знаете, ребята, мы переехали сюда совсем недавно и еще не успели со всеми познакомиться, – сказал он наконец. – Так что я даже не знаю, о ком вы говорите…
– Ну тогда извините, – сказал Никита.
– Мы пойдем…
В это время совсем рядом с ними раздался звонкий девичий голос:
– Пап, ты меня звал?
Никита обернулся. И у него отвисла челюсть.
Именно с этой девчонкой он столкнулся ночью в лесу. Сейчас на ней была просторная синяя фланелевая пижама с желтыми утятами, расплетенные косички длинными вьющимися прядями свободно лежали на плечах. Девушка приближалась, помахивая еще одним букетом цветов и с любопытством глядя на Никиту и Артема.