А мы даем настоящие ювелирные изделия, но в любом случае это недорогие вещи, а вы мне описали изделие, которое наверняка стоит очень и очень дорого. Мы с такими украшениями дела не имеем.
– А кто имеет? – спросил Роман.
Евдокия задумалась, не сводя при этом глаз с оперативника.
– Господи, какие у вас ресницы, – неожиданно произнесла она. – За такие ресницы я бы полжизни отдала.
Дзюба потерял дар речи. О чем это она? О нем? О рыжем и нескладном Ромчике, над которым без конца потешается Колосенцев и которого в упор не видит обожаемая Лена Рыженко? Наверное, эта девушка шутит.
Или она слепая? Или у нее дальтонизм, и она не замечает Ромкину вопиющую рыжину, которой он сам ужасно стесняется?
– Вам надо обратиться в специализированный свадебный салон, – продолжала Евдокия. – Вот там могут давать дорогие украшения, хотя все равно они не будут такими, как то, о котором вы спрашиваете.
– А где этот салон?
– Я вам дам адрес. И еще напишу адреса двух ломбардов, которые тоже дают ювелирку напрокат. – Она потянулась было за стопкой стикеров и ручкой, но внезапно остановилась.
– Хотя нет… знаете, так вы ничего не добьетесь. Вы нас как нашли?
– Я в Интернете искал, там есть адрес вашего бутика.
– Многие заведения дают изделия напрокат, но не рекламируют этого. А многие, наоборот, дают только бижутерию и совсем простенькую ювелирку, а рекламу себе делают такую, что можно подумать, будто у них можно бриллиантовую диадему взять за копейки. Если вы будете объезжать все места, адреса которых найдете в Интернете, только время зря потратите.
Хотите, я вам помогу?
– Хочу, – вырвалось у Дзюбы раньше, чем он смог сообразить: а действительно ли он этого хочет? – А как вы мне поможете?
– А я сама им позвоню. Я знаю, куда надо звонить и как спрашивать, чтобы сказали правду. Вы мне только точно напишите все, что вам нужно узнать. А дальше я сама.
– И когда вы будете звонить?
– Да прямо сейчас. Я же не приемщица, я оценщица, мне в зале находиться не нужно. Вас как зовут? А то вы мне удостоверение показали, а я не прочитала.
– Роман. А вас мне называть Евдокией или можно как-то покороче?"
"– Можно Дуней. – Девушка снова улыбнулась. – Меня так все называют. Давайте мы с вами сядем, чайку заварим, я буду звонить, а вы будете мне подсказывать, если что не так. Ой, Роман, а может, вы голодны? А то у меня печенье есть, сушечки. Будете?
– Буду, – кивнул решительно Дзюба, наплевав на приличия. И вдруг совершенно неожиданно для себя добавил: – Я все время есть хочу.
