Смотрели заявы на розыск, но судебный медик сразу сказал, что смерть наступила точно меньше чем за сутки до обнаружения трупа, скорее всего, в пределах двенадцати часов, так что искать среди пропавших рано: если родственники и ищут его, то у них заявление все равно еще не приняли. Бумажка была странная, ни хрена не понять, что за малява, мы ее показывали всем подряд, пока не нашелся один умник, который сказал, что это имеет отношение к ювелирке. На это больше суток потратили! Ну а во вторник вечером снова посмотрели, кого в розыск объявили, и нашли заяву на ювелира Курмышова, которого с прошлого четверга никто не видел.
Умер-то он точно в ночь с воскресенья на понедельник, а вот где он был с четверга до самой смерти – хрен знает. Может, у бабы время проводил, может, за городом отдыхал у кого-нибудь, но только к телефону он не подходил, ни к стационарному, ни к мобильному. И вот еще хрень одна: на одной руке болтается наручник распиленный. То есть где-то, похоже, его держали перед смертью, а потом только уделали.
Правда, непонятно, почему цепь от наручника пилили, вместо того чтобы ключом открыть. Я так думаю – потеряли, наверное, ключ. В общем, это не суть важно. Сразу же связались с заявителем, организовали опознание, в среду утром нашего покойничка опознали как Курмышова Леонида Константиновича, пятьдесят шестого года рождения. Ну, естественно, адресок пробили, в хату ломанулись, осмотрели, но там все чисто: ни следов взлома, ни нарушенного порядка, в сейфе документы, деньги наличные и вот это колье.
Мы к нему на фирму вчера же успели сгонять, поспрошали сотрудников, они это колье знают, сами делали по эскизу Курмышова.
– Дорогое? – спросил Антон.
Надир пожал плечами.
– Ну, я не специалист, но на фирме говорят, что дорогое, там камней немерено, хоть и мелочь, но много, и работа сложная.
– Ну а с бумажкой-то что? – не утерпел Дзюба. – Может, на ней что-то интересное? Все-таки похоже на ритуальное убийство, из мести или еще по каким-то личным мотивам.
– Нет, у нас свидетель, который труп опознавал…
– Сотников? – снова вылез инициативный Дзюба, чем заслужил неодобрительный взгляд Антона.
Надир немедленно напрягся и настороженно взглянул на него.
– А вы откуда знаете?
– Ну, извини, – примирительно проговорил Антон. – Мы же не могли ехать к вам совсем уж не подготовленными, это значило бы коллег не уважать.
Надир немного смягчился.
– Ну да, Сотников. Он дал объяснения следаку по этой бумажке, там никаких вопросов.
