– А может, его из-за машины убили? Знаете, как это постоянно бывает: водителя убивают и выбрасывают из салона, а машину угоняют.
– Ага, – кивнул Зарубин, листая блокнот. – Угоняют. Без ключей. Ключи заботливо кладут в карман убитому и уезжают. Ключи-то у Колосенцева при себе были, вьюнош с горящим взором! В кармане куртки лежали.
Глаза Дзюбы недобро сузились, в них полыхнул злой огонь.
– Почему же вы, Сергей Кузьмич, удивились, когда я спросил про машину, если вы с самого начала знали, что у Гены в кармане были ключи от нее?"
"– Ох ты какой! – Зарубин внезапно развеселился, даже усталость, казалось, прошла.
– Уж и пошутить нельзя. Характер у тебя, однако, старлей. Ну ладно, ладно, уел, признаю. Про ключи забыл, вернее, внимания не обратил, а когда ты спросил – я записи полистал и наткнулся на перечень того, что было в карманах. Расслабься, остынь, чего ты волком-то на меня смотришь?
– И все-таки не надо сбрасывать со счетов вариант убийства из-за конфликтов в игре, – твердо повторил Роман. – Мне Генка часто рассказывал, как там собачатся.
Даже парня одного насмерть забили, устроили с ним свару в чате, забили стрелку, чтобы разобраться лицом к лицу, кто круче, а в итоге труп. Вы поймите, Гена был очень хорошим геймером, кроме того, он был администратором. Его могли убить либо из зависти, потому что он – лучший, либо он как админ кого-то забанил, и его убили из мести.
Зарубин потер лоб рукой и вздохнул.
– Слушай, старлей, ты вот сам себя слышишь со стороны? Несешь какую-то ахинею, слова говоришь непонятные, будто на птичьем языке разговариваешь.
Ты что, всерьез полагаешь, что весь этот детский сад может иметь отношение к смерти капитана полиции, оперуполномоченного уголовного розыска?
– И все равно я считаю, что нужно поговорить с геймерами… – не сдавался Дзюба.
– Слушай, достал уже! – внезапно взорвался Сергей. – Ты мать поучи щи варить! С геймерами твоими все равно будем разговаривать, потому что они видели его и общались с ним за несколько часов до смерти. Все, Дзюба, вали отсюда, не морочь мне голову, а то я за себя не отвечаю.
Подполковник сцепил пальцы на затылке, развел локти в разные стороны, откинулся назад и потянулся всем своим некрупным жилистым телом. Антон прочитал этот жест совершенно однозначно: Зарубин больше не хочет говорить на эту тему, ему все понятно, и все решения приняты.
Роман молча повернулся и вышел, на ходу коротко кивнув Антону.
– Завтра с утра идешь к Букарину, – напомнил Антон и не понял, услышал его Дзюба или нет.
