Конечно, ее одежда, напоминавшая сутану с капюшоном из светло-коричневого материала, была местами в крови, местами в грязи, волосы тоже были всклочены и в крови Шугара, на щеке наливался синяк от удара. Но все равно это была та женщина, о которой я неосознанно мечтал и постоянно менял подружек, пытаясь найти ее среди них, а встретил совершенно случайно здесь, в чужом для меня мире.
На шум стали появляться другие обитатели дома. Прибежала Бажена с сестрой маркиза, этот непосредственный ребенок погладил монахиню по руке.
– Вам очень больно? – спросила девочка.
– Больно, милая, но я потерплю, – улыбнулась ей монахиня.
Даже маркиз выглянул из комнаты, чтобы узнать, что там поднялся за шум и гам, и подошел к нам. Я тем временем усадил монахиню в кресло и сказал не вставать и не беспокоить ногу, сам же побежал в домик для прислуги, где мы вместе с гвардейцами разместились. Порылся в многострадальном своем рюкзаке, достал из аптечки эластичный бинт, обезболивающее в шприц-тюбике и две таблетки аспирина.
Аспирин немного снимет температуру, если она будет, и заставит кровь бегать быстрей по жилам.
Когда вернулся в дом, то застал всех столпившимися вокруг кресла, а монахиня рассказывала им, что с ней произошло. Аккуратно пробравшись к пострадавшей, опустился перед ней на колени и снял с ноги башмак, потом предложил ей снять чулок, а мы с маркизом в это время отвернемся."
"Когда снова вернулся в коленопреклоненную позу, обратил внимание, что щиколотка уже распухла и начала синеть.
Осторожно и быстро вколол ей обезболивающее, она вскрикнула, и я заметил, как напрягся маркиз. Он внимательно наблюдал, что я делаю, и мне показалось, что он и монахиня знакомы.
– Ничего, ничего, – проговорил я успокаивающе, – сейчас все будет хорошо, кто-нибудь, принесите чистой воды напоить нашу гостью.
Когда принесли воды, я протянул две беленькие таблеточки монахине и сказал, что это надо выпить.
Через несколько минут я снова ощупал ее ногу и убедился, что это вывих, взялся двумя руками, потянул и немного повернул ступню, щелкнуло, и ступня встала на место. Девушка вскрикнула, конечно, боль была не такая острая, как если бы я не сделал укол, но все равно ощущалась. После чего плотно, но не сильно перевязал ступню эластичным бинтом и сказал, что ее надо уложить в постель.