Да и предупредил «ночников» кто-то из тех, кто знал о начале операции тайной стражи, и сдается мне, это кто-то из городской администрации.
При проверке одного из домов меня что-то насторожило, что – я пока не понимал, но тем не менее что-то не давало покоя. Я еще несколько раз обошел комнату, что-то было не так, но что – пока непонятно.
– Серж, – позвал меня Грассо, – ты чего там застрял?
– Сейчас, уже иду, сеньор граф, – ответил я и потянул дорожку, которая большей частью находилась под столом, там, где никто не ходит.
– Граф, подойдите сюда, здесь кое-что интересное, – позвал я Грассо, увидев под дорожкой люк погреба.
– Ну что там еще? Ух ты, надо бы проверить, – отреагировал мой начальник. – А ну, не лезь! – прикрикнул он на меня и добавил примирительно: – Мало ли что там может быть.
Позвали стражников, отодвинули стол и приоткрыли люк. В свете факелов увидели ступени, ведущие под пол, и стали осторожно по ним спускаться, прислушиваясь. Ступени уходили метров на десять в глубину и переходили в короткий коридор, заканчивавшийся мощной дверью.
Осторожно открыли дверь, и в нос ударил запах нечистот, немытого тела и другие запахи присутствия большого количества людей в малом пространстве. Свет факелов выхватил из темноты около трех десятков людей, преимущественно девушек, молодых женщин и детей обоих полов. Были тут и парни, но было их мало, и они были сильно избиты. Люди испуганно жались к стенам, не понимая еще, кто мы и что здесь делаем."
"Принесли больше факелов, граф Грассо приказал прислать сюда кареты и вывозить людей в гвардейские казармы.
Людей загрузили в кареты, некоторые так ослабли, что не могли самостоятельно передвигаться, и им помогали идти, а детей просто перенесли, и всю эту кавалькаду из десятка карет под охраной тех же гвардейцев отправили в казармы.
– Ну, барон, вы молодец, это же надо, так вот куда пропадали последнее время люди, ну ничего, ничего, разберемся, – не скрывал своей радости Портер.
Последнее время стали поступать постоянные жалобы на пропажу людей – детей, девушек, началось это еще до моего появления в столице.
И таких жалоб и заявлений накопилось уже больше сотни.
Граф приказал всему отделу тоже отправляться и заниматься арестованными и вызволенными из подземелья, кому в казармы, кому в тюрьму – проводить опросы, допросы и другие следственные действия. Впереди была неспокойная ночь, да и последующие дни спокойствия не обещали. Мне достались казармы и установление личностей, а также опрос спасенных из подземелья.