Только не надо его убивать.
Он не мог ее остановить. В его организме творилось что-то непотребное. Но когда она умчалась по тропе, оглашая лес истошными воплями, майор все-таки нашел в себе силы. Он не будет мириться с таким безобразием! Она же глупая, ничего не понимает, у нее мозги заклинило на этом чертовом Граале, который ничего собой не представляет!
Потанин поднялся и потащился дальше, сжимая в руке «Вальтер» с оставшейся половиной обоймы. Автомат остался за кочкой, да и шут с ним. Зубы его скрипели, все тело ныло, но он шел.
Финальная сцена происходила у него под носом. Олег выбрался из кустов, неловко повалился за дерево, стиснул рукоятку.
Катя бежала, махала руками, обтекала жидкой грязью. Вылитая кикимора болотная!
— Герр бригаденфюрер, подождите, не стреляйте! Это Матильда Фогель! Меня пытались выкрасть из замка сообщники русского, но я бежала, видела, как падал самолет! Герр бригаденфюрер, вы убили русского, он сдох, весь в осколках! Больше тут никого нет! Я с вами, герр бригаденфюрер!
Это был какой-то бред.
На что она рассчитывала, дура набитая?!
Олег сжимал рукоятку пистолета, целился в барона, но картинка плясала перед глазами. Он мог попасть куда угодно, только не в этого типа.
Барон остановился, повернулся. Справа от него находилась приличная трясина, поросшая зеленью. На левом плече вещмешок, в правой руке пистолет. Он колебался, кусал губы, глаза его воровато бегали. Женщина уже подошла к нему, что-то говорила. В ее руках не было оружия.
Да, точно дура набитая!
— Извини, Матильда. — Голос барона срывался на фальцет, оттого Потанин все слышал. — Не знаю, есть ли правда в твоих словах. Но все уже кончено, дальше я сам. Прости, обойдусь без тебя.
Он поднял пистолет. Рука его тряслась.
Катя стояла перед ним как вкопанная, не в силах поверить, что такое возможно. Ведь изобретательная, умная. Как она могла такое не учесть? Зря попробовала.
Олег стрелял на поражение, прикладывал мучительные старания, чтобы пули не летели мимо цели.
Барон резко повернулся, чтобы пальнуть по другой мишени, заорал от боли в простреленном плече, выронил пистолет. Вторая пуля попала в другую руку. Он резко дернулся. Вещмешок слетел с его плеча, прочертил дугу и ухнул в топь метрах в четырех от тропы. Он тонул под истошные женские крики, а барон чуть покачался и повалился головой в болото.
Майор плохо помнил, как доковылял до места катастрофы. Катя села в грязь, сжала ладонями виски.
