Потом Зуев промокнул потное лицо платком и продолжил тихо и виновато:
— Он… он забрал деньги и снял на меня компромат, и я не знаю, сколько ещё смогу продержаться. Меня вот-вот возьмут, я чувствую.
Вальков фыркнул, криво усмехнулся, махнув рукой, как от назойливой мухи:
— Да похеру мне на тебя и твои сопли. По делу говори. Ты же не просто так захотел меня увидеть, правильно?
— Да, у меня есть мысль, как его устранить, — осторожно начал кадровик. — Только нужно будет забрать его телефон. Но он… я сказал ему, что делал вам паспорта.
Через паспортно-визовую службу. Что… передам лично вам.
Вальков внимательно посмотрел на Зуева, впервые проявив хоть какой-то интерес:
— Хитро-о придумано… Ладно, так, а что, эти паспорта действительно есть?
Зуев сглотнул и закивал:
— Это вообще не вопрос, Герман Сильвестрович. Нужно только ваше фото, и паспорта будут готовы очень быстро.
— Ладно, — задумчиво протянул Валет, почесал подбородок, не сводя тяжёлого взгляда с кадровика.
— И что ты предлагаешь?
Но тут Зуев замялся и осторожно спросил, набравшись храбрости:
— Герман Сильвестрович, а скажите… зачем был второй шприц у вашего человека?
Вальков сощурился, посмотрел на подполковника с откровенной злостью и раздражением:
— А тебе какая разница?
— Вы хотели меня — убрать? — почти шёпотом проговорил Зуев, и голос его дрогнул.
Валет поморщился, брезгливо отмахнулся от слов кадровика, будто тот произнёс какую-то несусветную глупость:
— Ты дебил, что ли? Запасной шприц был, для надёжности.
Он планировал убить его ядом, а не выстрелом. Ну а это дело такое. Один мог расплескаться, второй бы остался. Перестань уже ссать, Володя. Я тебе дал деньги, и ещё дам, если всё пройдёт гладко.
Он внимательно посмотрел по сторонам, затем вздохнул и пристально глянул Зуеву прямо в глаза:
— В общем, так, слушай сюда внимательно. Только не облажайся на этот раз, понял? Иначе следующим будешь ты.
Зуев закивал быстро и нервно, пытаясь уверить Валета в своей верности:
— Герман Сильвестрович, вы же знаете, я всегда за вас… всегда.
Валет глубоко вдохнул, снова оглянулся и, наконец, заговорил, тщательно подбирая слова и делая акценты.
После того, как Валет закончил, Зуев закивал:
— Я всё сделаю, как вы скажете, Герман Сильвестрович.
— Смотри, Володя, — повторил Валет, тяжело и грозно глядя прямо в глаза подполковнику, — не облажайся, говорю тебе. Больше шансов у тебя не будет.
