Но по густой краске на лице видно было, что ему приятно — похвалы он в жизни, похоже, почти не слышал. А тут — от красивой девушки да в самый нужный момент.
Я хлопнул его по плечу и прошептал, наклонившись к уху:
— Молоток. Видишь, всё получилось.
— Я сам в шоке, Макс, — пробормотал он, косясь на девушек. — Никогда не дрался… всё как-то на рефлексе. Видимо, не зря нас учат этим приёмам.
— Ага, не зря. Ну что, давайте выпьем — за «хорошо сидим»… или стоим, — добавил я.
Все рассмеялись.
На ночной набережной стояла тишина, которую мы бессовестно нарушали.
Жёлтые дорожки от фонарей дрожали в чёрной воде, а ветер с реки приносил прохладу, от которой по коже шли лёгкие мурашки.
Мы устроились прямо у перил: я умудрился прихватить коньяк, а Ваня — вино, раздобыли пластиковые стаканчики — как студенты. После недавней заварушки в ресторане смех ещё не выветрился, и разговор шёл легко, как бывает, когда адреналин уже спал, но настроение держится.
Ирка стояла рядом с Ваней, глядела на него как-то иначе, чем в начале вечера.
Не так, как на 'свойского парня из компании. Глаза блестели — то ли от вина, то ли от того, что только что увидела в нём кого-то нового.
Героя.
— Слушай, — сказала она, глядя в упор, — ты меня сегодня удивил.
— Чем? — Ваня чуть смутился, губы поджал, будто боялся улыбнуться.
— Ну… — она улыбнулась краешком губ, — я не думала, что ты такой смелый… — взяла его под руку и прижалась плечом.
Он чуть опешил, но руку не отнял.
Только распрямился, и в осанке сразу появилось нечто для него непривычное — уверенность, которой у Корюшкина раньше я не замечал.
Мы с Коброй стояли чуть в стороне, переговаривались и посмеивались, мол, хорошо вечер провели, полицейские — везде хулигана найдём. Ветер подул сильнее, Оксана поёжилась.
— Мёрзнешь? — спросил я.
— Немного, — ответила она."
"Я снял пиджак, накинул ей на плечи. Она притянула ткань к себе, шагнула ближе, и я почувствовал запах её духов, смешанный с дуновением ветерка от реки.
Глаза встретились, и пауза затянулась на секунду дольше, чем положено.
Всё вышло как-то само собой. Лёгкое движение навстречу, короткий поцелуй, тёплый и осторожный, почти как у пионеров. Через мгновение отстранились, оба чуть смутившись, но остались стоять рядом, не расходясь.
Ваня с Иркой тем временем переглянулись, и я заметил, как она что-то тихо сказала ему на ухо. Он улыбнулся по-мальчишески.
