– Она вон там, рядом с креслом. Можешь ее покормить? Боюсь, она запачкает мне гороховым пюре все платье, – смеется Карен, беря Эбби на руки. – Кризис двух лет начался у нас слишком рано.
Маленькая девочка улыбается, демонстрируя целый ряд наполовину прорезавшихся зубиков.
– Мама, – зовет круглолицая малышка и тянет ручки к бретельке платья Карен.
Мое сердце тает каждый раз, когда я слышу, как Эбби разговаривает.
– Привет, мисс Эбби, – щекочу я девочку за щечку, и она начинает хихикать. Это прекрасный звук.
Я стараюсь не замечать, с каким сочувствием смотрят на меня Карен и будущая жена Лэндона.
– Привет. – Эбби прячет мордашку в мамино плечо.
– Дамы, вы уже готовы? Осталось всего десять минут до того, как начнет играть музыка, а Лэндон с каждой секундой нервничает все больше, – предупреждает Кен.
– С ним все в порядке, ведь правда? Он все еще хочет жениться на мне? – спрашивает встревоженная невеста своего будущего свекра.
Кен улыбается, и в уголках его глаз собираются морщинки.
– Разумеется, хочет, дорогая. Лэндон ужасно переживает, но Хардин помогает ему взять себя в руки. – Все мы, включая меня, смеемся над этой фразой.
Невеста в шутку закатывает глаза и качает головой.
– Если «помогает» Хардин, мне лучше отменить медовый месяц.
– Нам пора. Я не буду много кормить Эбби, чтобы она дотерпела до торжества. – Кен целует жену в губы, прежде чем забрать малышку, и выходит из комнаты.
– Хорошо. И, пожалуйста, не волнуйтесь за меня, все нормально, – говорю я обеим женщинам.
Все нормально. У меня уже довольно давно все нормально с неким подобием отношений на расстоянии с Хардином. Да, я постоянно скучаю по нему, но разлука пошла нам на пользу.
Самое худшее в этой «нормальности» в том, что она совсем не напоминает счастье. Это серое, безотрадное состояние, и ты можешь просыпаться каждое утро, продолжать жить своей жизнью, даже часто улыбаться и смеяться, но не ощущать ни малейшего веселья.
Ты не ждешь с нетерпением каждую секунду нового дня, не берешь от жизни все. Большинство людей, включая меня, привыкли к этому состоянию. Мы притворяемся, что «все нормально» – это хорошо, хотя это вовсе не так, и большая часть нашего времени уходит на то, чтобы что-то изменить в привычном порядке вещей.
Он дал мне почувствовать, какой прекрасной может быть жизнь вне этой «нормальности», и с тех пор мне очень не хватает тех ощущений.
