– София, ты надолго в наших краях? – вступает в разговор Тесса, меняя тему, чтобы тактично помочь другу.
– Задержусь еще на пару дней. Возвращаюсь в Нью-Йорк в понедельник. Мои соседки по комнате ждут не дождутся моего приезда.
– Сколько их у тебя? – спрашивает Тесса.
– Трое, все танцовщицы.
Я смеюсь.
Тесса тоже натянуто улыбается:
– Ух ты.
– О боже! Они балерины, а не стриптизерши. – Сара разражается смехом, и я вторю ей, забавляясь облегчением и смущением, отразившимися на лице Тессы.
Тесса почти в одиночку поддерживает беседу, расспрашивая девушку о всякой ерунде, и я, отключившись от разговора, сосредоточиваюсь только на очертаниях губ Тессы.
Мне нравится, как она каждые пять минут промокает их салфеткой на тот случай, если к ним что-то пристало.
Ужин продолжается в том же духе, пока меня не одолевает смертная скука, а лицо Лэндона не приобретает более-менее нормальный цвет.
– Хардин, ты решил насчет церемонии вручения дипломов? Знаю, ты хотел отказаться, но, может быть, передумал? – спрашивает Кен, пока Карен, Тесса и Сара убирают со стола.
– Нет, не передумал.
Я ковыряюсь ногтем в зубах. Он нарочно продолжает поднимать эту тему в присутствии Тессы, чтобы загнать меня в душную, битком забитую аудиторию, где тысячи людей будут обливаться потом и вопить как дикие звери.
– Правда? – спрашивает Тесса. Я перевожу взгляд с нее на отца и обратно. – А я думала, что ты передумаешь. – Она знает наверняка, что делает.
– Мне… – начинаю объяснять я.
«Вот же дерьмо».
Тесса смотрит с надеждой, но строго, провоцируя меня засомневаться в своем решении.
– Черт возьми, ладно. Приду на вашу гребаную церемонию, – выдыхаю я. Вот же хрень.
– Спасибо, – благодарит Кен. Только я собираюсь сказать, что, черт возьми, всегда пожалуйста, как понимаю, что он благодарит не меня, а Тессу.
– Вы оба… – начинаю я, но тут же осекаюсь, заметив, как она на меня смотрит. – Вы оба такие классные, – говорю я вместо того, что собирался.
«Вы оба – коварные засранцы», – вертится у меня в голове, а они самодовольно улыбаются друг другу.
Глава 60
Тесса
Каждый раз, когда во время ужина София заговаривала о Нью-Йорке, у меня начиналась паника. Понимаю, я сама подняла эту тему. Но мне просто хотелось отвлечь внимание от Лэндона. Ему было неловко, и я сказала первое, что пришло в голову. И так уж вышло, что это оказалась единственная тема, которую не стоило упоминать в присутствии Хардина.
Нужно рассказать ему сегодня же вечером.
