Мариэлла курирует артефакторов, значит, они обсуждали с ней, что бы такого необычного придумать и разработать за последующие месяцы учебы.
И вот Артур был готов съесть свою шляпу, если она не натолкнет их на какие-нибудь необычные мысли. У нее в голове словно огромный склад странных необычных идей, которыми она щедро фонтанирует и даже не замечает этого.
Он уже в предвкушении. Что она подскажет своим третьекурсникам? А ведь подскажет, можно не сомневаться.
И все же... Все чаще у него возникала мысль, которую он не мог пока ни подтвердить, ни опровергнуть.
Не имел пока возможности и пообщаться с прадедом, слишком уж рискованно в его состоянии высовываться из защищенного университета. Но Артур уже начал подозревать некую аферу, которую провернул его дорогой престарелый родственник. Еще понять бы: если его догадки, какими бы дикими они не казались ему самому, верны, то... зачем?! И как?!"
"Но задавать прямой вопрос Мари магистр Гресс не спешил. Было гораздо интереснее наблюдать за ней, отслеживать странности и нестыковки.
И наслаждаться ее инаковостью, некой чуждостью и невероятной целеустремленностью.
Эта девушка... Молодая женщина не видела преград на пути к своей цели. Каждая помеха ею рассматривалась со всех сторон, после чего Мари, прикусив губу, что-то записывала в свой «План покорения мира», раскладывая по пунктам, что необходимо поэтапно сделать, чтобы обойти преграду и идти дальше.
Через глаза Барона Артур несколько раз смотрел на то, как вдумчиво и серьезно она записывает, что нужно сделать и в каком порядке.
Следил за уверенными привычными движениями, которыми она рисовала странные схемы со стрелочками.
Этот человек явно привык много думать, работать и решать задачи различной сложности.
И это очень-очень странно. Вчерашняя студентка Мариэлла Монкар вряд ли бы владела этими навыками столь... профессионально.
Бал проходил на удивление весело. Все, кроме музыки, мне нравилось. И танцевала я в итоге очень много, потому что на все последующие танцы меня поочередно приглашали студенты.
Самыми смелыми оказались взрослые пятикурсники, что было закономерно.
Подошли вдвоем мои вечные оппоненты и спорщики на парах: Анри Лефлекс и Люсьен Вебер.
— Маэстрина Мари, вы позволите пригласить вас? — хором произнесли эти шалопаи и одновременно протянули мне руки.
В глазах их плясали бесенята, а уголки губ подрагивали. Я усмехнулась и прямо спросила:
— На какую сумму поспорили? Я в деле.
— Ну, маэстрин-а-а! — взвыли они тоже хором и засмеялись.
