Поэтому брак ей предложил фиктивный. Мне казалось, это то, что надо нам обоим. Я же видел, что девушка не спешила заводить отношения. Подозреваю, какой-то козёл разбил её хрупкое сердечко, вот мужиков и сторониться. Ну что ж, как только она найдет кого-то подходящего, я без вопросов отпущу её к нему, а пока же купил ей отдельную кровать, чтобы не смущать и показать, что на интимные отношения не претендую. Ну идиот, что сказать.
Насколько я идиот, стало ясно в первое же супружеское утро.
Когда Люба позвала меня разобраться с кофемашиной. Я объяснял, что куда нажимать, а сам смотрел на слегка заспанную, такую домашнюю и уютную девушку в одном халатике и внезапно и неотвратимо подумал, с каким же удовольствием я бы сейчас ей вдул. Мысль была неожиданная и оглушающая. Я попытался прогнать её из головы. Мысль показалась мне возмутительной. Потому что... ну это же Люба! Милая добрая кнопка... с классными сиськами! Большие, тяжёлые, они искушали своей округлостью в вырез халатика.
Попытался перевести взгляд - не помогло. Я запал на Любины ножки ещё тогда, в баре. И сейчас я смотрел на такие аккуратные коленки и ужасался сам себе.
К счастью, моя молодая жена вспомнила, что у неё не заряжен мобильник и убежала с кухни, не успев рассмотреть мой стояк. Правильно, кнопка, беги. Твой муж внезапно оказался озабоченным типом.
Кстати. Задница у Любы тоже зачётная. Такую мять - одно удовольствие.
Да и засадить между этих булочек должно быть кайфово...
Пойти что ли побиться головой об стену? Я боюсь своих мыслей и того, куда они могут завести...
В клинике нам дали отпуск на неделю, типа для медового месяца. Каюсь, после разрыва с Кирой я был малость не в своей тарелке, поэтому совсем забыл купить билеты на какой-нибудь курорт. Поэтому я решил просто развлекать Любу всю неделю. Придумал целый список нестандартных развлечений, и ей вроде всё понравилось, да и я был в восторге от нашего совместного времяпрепровождения.
Правда, сначала я нашёл в своих закромах телефон местного бьюти-блогера, Женуария, а по паспорту Евгения Семечкина. Познакомился я с ним, когда штопал его после какой-то заварушки в клубе.
Женька скулил и умолял о двух вещах: чтоб никто не узнал, что он в той драке участвовал, и чтобы у него шрамов не осталось, особенно на лице.
