Почувствовала, как макушки коснулись его губы, затем услышала тихий голос:
— Что мне с тобой делать, Мэрри?
Скользнула ладонью вверх по шероховатой ткани его камзола, пересчитывая прохладные круглые пуговицы, коснулась щеки, царапая подушечки пальцев о грубую двухдневную щетину. Медленно задрала голову, бессознательно ища его губы.
Выдохнула от неожиданности, когда его губы накрыли мои в требовательном поцелуе.
— Даркнайт, — прошептала в короткой передышке.
Герцог Блэк подхватил меня под бёдра и перетянул на колени лицом к себе.
Одна его ладонь легла мне на поясницу, удерживая и вместе с тем вдавливая в поднявшуюся твёрдость, вторая его ладонь скользнула мне под юбку, обжигая кожу сквозь ткань чулок.
Я всхлипнула, когда он с жадным рычанием вобрал в себя мою грудь, безжалостно раздирая декольте. Его поцелуи были болезненными, словно герцог намеренно хотел оставить следы, его колючая небритость царапала чувствительную кожу. Я зарылась пальчиками в его волосы, слегка приподнялась и сильнее развела ноги в стороны, поощряя его смелые прикосновения у меня под юбкой.
Происходящее выходило из-под контроля. Я прошептала срывающимся голосом:
— Я не знаю, откуда у Алисии этот нож, я случайно нашла его у неё в ящике. Ты мне веришь? Ах, — откинулась назад, изгибаясь в пояснице от его смелых касаний у меня между ног. — Ты мне веришь, любовь моя, веришь? Я бы никогда, слышишь…
— Заткнись, Мэээрри, — в довершение приказа его рот накрыл мой, терзая губы. — Разве ты не видишь сама, КАК я тебе верю?
Я видела, и я чувствовала, но мне хотелось большего, хотелось как раньше! Месяцы воздержания плохо сказались на мозгах, животные инстинкты взяли вверх, всё, о чём я могла думать, сосредоточилось вокруг изнывающего бугорка между ног.
Покачивания кареты на неровной дороге словно имитировали близость, и от этого напрочь сносило крышу. Боже, как я соскучилась по его рукам, губам, по нему!
Между ног сделалось влажно, там бушевал настоящий пожар. Я обхватила лицо герцога в свои ладони и прошептала ему в самые губы:
— Пожалуйста, Даркнайт, возьми меня, ну же!
— Нельзя, Мээрри, — уже не так уверенно, как раньше, ответил он, не переставая бесстыдно наглаживать чувствительный бугорок у меня между ног.
— Можно, нам всё можно, я обещаю, слышишь, — почувствовав неуверенность в его голосе, я решила давить до конца. — Я ведь целитель, забыл? Всё под контролем!
Не встретив сопротивления, щёлкнула пряжкой его ремня.
