И почему мне так не повезло? Обычно попаданки, появившись в новом мире, сразу обретали воспоминания своего «персонажа», а те, кто не обрел, почему-то не задавались вопросом, какая зубная щетка их – розовенькая или желтенькая? Кстати, моя розовенькая, нужно запомнить. Они без проблем находили свои ботинки и знали, где у них купальня.
Всхлипнув от жалости к себе, зашла в местный аналог ванной – большое помещение с рядом раковин у одной стены и закрытыми кабинками вдоль другой. Быстро умывшись, побежала обратно, по пути размышляя, как же добраться до кабинета ректора, если ничего тут не знаю.
Наверное, нужно попросить, чтобы Джина проводила, а то сама я долго буду искать дорогу.
Просить не пришлось. Парень, который звал меня к ректору, все еще маялся в коридоре, подвывая, словно унылое привидение, какие же все-таки женщины медлительные. На минутку забежав в комнату, договорилась встретиться с соседкой позже, и на трясущихся ногах пошла за провожатым.
По дороге меня все больше охватывало беспокойство.
Все вокруг незнакомо и непривычно: мраморные полы, отделанные лакированным деревом стены, окна под потолок, завешенные тяжелыми шторами. Огромные часы в холле исполинских размеров. Сразу возникли ассоциации с самолетным ангаром, хоть я ни разу в нем не была. Но подозревала, что самолет не может стоять в маленьком помещении. А может, холл такой большой, чтобы сюда мог вместиться дракон? Хотя зачем дракон в замке?
Протащив меня, наверное, по всем коридорам и лестницам, провожатый наконец остановился перед огромной дверью из красного дерева и, постучав, распахнул ее передо мной.
– Спасибо, – пробормотала, не решаясь войти.
Парень буркнул нечто нечленораздельное, развернулся и утопал прочь. Мне не оставалось ничего другого, как, придержав тяжелую створку, проскользнуть внутрь. Я оказалась в приемной, отделанной темными панелями, внушительной и солидной. И была тут не одна.
Глава 2
Всем известно, что вход в значимые места должен охраняться. Дорогу к сердцу лабиринта в древнегреческих мифах стерег Минотавр, путь к пещере колдуньи в «Русалочке» охраняли ядовитые полипы.
Логично, что перед дверью ректорского кабинета, святая святых академии магии, сидел цербер. Правда, замаскированный под грозную секретаршу с седыми буклями и такой прямой спиной, словно она проглотила палку.
Ничего. Я, потомственная отличница и хорошая девочка, всегда производила благоприятное впечатление на учителей, библиотекарей и прочих строгих личностей.